Афоризмы и цитаты Цицерона
Древний Рим, ЦицеронА наши философы? Сочиняя книги о презрении к посмертным воздаяниям и о бессмысленности всего загробного, ни один не забывает надписать на них свое имя.
Благо народа — высший закон.
Бог наделил нас не знанием вещей, а умением пользоваться ими.
Бумага все стерпит.
В оскорблении содержится какое -то жало, которое люди благоразумные и хорошие переносят с величайшим трудом.
Вероятностные знания — вот предел человеческого разумения.
Вещь непостыдная становится постыдной, когда ее прославляет толпа.
Возможна ли в жизни радость, когда денно и нощно приходится размышлять, что тебя ожидает смерть?
Все достоинство добродетели — в действии.
Все прекрасное редко.
Всякому подобает то, что больше ему свойственно.
Всякому — свое.
Высшее право — высшая неправда.
Где хорошо, там и отечество.
Говорить умолчанием. Кому это выгодно?
Голоса взвешивают, а не считают.
Друзья познаются в беде.
Если есть что-либо почтенное, то это цельность всей жизни.
Если мы не бессмертны, то человеку весьма желательно своевременное угасание его жизни. Ибо природа устроила жизнь, как и все другие явления, так, чтобы в старости она приходила к своему завершению, как театральный спектакль, причем мы должны избегать утомления и тем более пресыщения.
Если наши соображения правдоподобны, то не следует стремиться к большему.
Если не будешь знать событий, случившихся до твоего рождения, то останешься вечно ребенком.
Желающим научиться препятствует авторитет тех, кто учит.
Живет свободно только тот, кто находит радость в исполнении своего долга.
Жизнь коротка, но слава может быть вечной.
Жизнью управляет не мудрость, но судьба.
Ибо и глаза у нас также ученые.
Каждому свойственно заблуждаться, но упорствует в заблуждениях только неразумный.
Как в жизни, так и в речи, нет ничего труднее, чем видеть, что уместно.
Каков человек, такова и его речь.
Когда говорит оружие, законы умолкают.
Когда ты уже не тот, кем был, у тебя нет причин быть привязанным к жизни.
Красноречие — это свет, который придает блеск уму.
Ложное близко соседствует с истиной.
Лучше быть страдающим лицом в правом деле, чем торжествовать в неправом.
Лучше признаться, что ты не знаешь того, чего не знаешь, чем болтать какой-нибудь тошнотворный вздор и самому себе быть противным.
Люди более всего приближаются к богам именно тогда, когда даруют людям спасение.
Люди хвалят то, чему в состоянии подражать.
Мудрому надлежит сдерживать порывы приязни.
Мы должны быть рабами законов, чтобы стать свободными.
Наиболее трудная часть — вступление.
Наибольшее бесправие там, где царит только буква закона.
Наши души долговечны, но не бессмертны.
Наши руки как бы создают в природе вторую природу.
Не быть жадным уже богатство.
Не следует доискиваться, какой вид имеет душа.
Невелика заслуга, если человек честен лишь потому, что никто и не пытается его подкупить.
Недостаточно овладеть мудростью, нужно также уметь пользоваться ею.
Ненавижу мудреца, который не мудр для себя.
Несправедливость бывает двух видов: одна со стороны тех, кто совершает ее, другая со стороны тех, кто, хотя и может, не отводит противозаконие от тех, по отношению к кому его совершают.
Никогда еще не было поэта, который бы ставил другого поэта выше себя.
Никто из глупцов не может быть счастливым; нет мудреца, который был бы несчастен.
Ничто так не вредит, как возлагаемые надежды.
Ничто так не ценится народом, как доброта.
Нужно быть умеренным в шутках.
О Греция, как порою ты скудна в своем обилии слов.
О, времена О, нравы.
Огорчение существует не само по себе, а в нашем представлении.
Одни противоположности рождают другие.
Осторожно действовать еще важнее, чем разумно рассуждать.
Память — хранилище все вещей.
Помни, что сильные страдания завершаются смертью, слабые предоставляют нам частые передышки, а над умеренными мы владыки. Таким образом, если и можно стерпеть, снесем их; если же нет — уйдем из жизни, раз она не доставляет нам радость, как уходим из театра.
Правительство есть говорящий закон, а закон — немое правительство.
Право же, какую можно высказать еще нелепость, которая бы уже не была высказана кем-нибудь из философов.
Преступные желания есть верх несчастья. Менее прискорбно не получать того, что желаешь, чем достичь того, что преступно желать.
Привычка — вторая натура.
Приятно вспоминать невзгоды, если они миновали.
Размеры состояния определяются не величиной доходов, а привычками и образом жизни.
Религия есть то, что предопределяет заботу и почтение по отношению к некоей высшей сущности, которую обычно называют божественной.
Сам предмет подсказывает слова.
Свидетелем нашим является бог, то есть наша совесть.
Те, кто хочет узнать, что мы думаем о всякой вещи, более любопытны, чем нужно.
Труд притупляет боль.
Чем человек изворотливее, тем больше в нем ненависти и подозрительности.
Честью называется то, что признает славным молва.
Я буду говорить, ничего не утверждая.
Я не буду говорить ничего определенного.
Я не в состоянии забыть того, о чем желал бы не помнить.