Афоризмы и цитаты Франца Кафки

Кафка Франц (1883–1924) – писатель; еврей по происхождению, пражанин по месту рождения и жительства, немецкий писатель по языку и австрийский писатель по литературной традиции.

Я есть не что иное, как множество шипов, пронизывающих меня насквозь.

Жизненный опыт состоит из опыта, обретаемого духом о себе самом в материи и как материя, в разуме и как разум, в чувстве и как чувство и т. д.

Смысл жизни в том, что она прекращается.

Моя жизнь – это нерешительность перед рождением.

Великолепие жизни поджидает в каждом из нас во всей его полноте, но скрытое от взглядов, в самой глубине, невидимое. Однако оно здесь, не враждебное, не сопротивляющееся, не глухое. Если вы позовете его правильным словом, по правильному имени, оно явится на свет.

Тот факт, что, кроме духовного мира, ничего нет, отнимает у нас надежду, но придает уверенность.

История человечества есть мгновение между двумя шагами странника.

Человек не способен жить без постоянной веры во что то бессмертное в себе, хотя как это бессмертное нечто, так и сама эта вера могут быть постоянно скрытыми от него. Один из способов, посредством которых это скрытое может выражать себя, – вера в личного бога.

Возникновение обычая поклоняться идолам было, несомненно, проявлением боязни перед явлениями этого мира, но, в связи с этим, и боязни перед неотвратимостью этих явлений и, в связи с этим же, и боязни ответственности за эти явления. Ответственность эта представлялась столь огромной, что люди даже не посмели возложить ее на одно взятое в отдельности внечеловеческое существо, ибо даже заступничество одного такого существа не могло в достаточной степени облегчить ответственность человека, общение с только одним таким существом было бы еще слишком сильно окрашено ответственностью, – вот почему на каждое явление была возложена ответственность за себя самого и, более того, на эти явления была также возложена ответственность и за человека.

Мессия придет только тогда, когда в нем уже не будет никакой необходимости; он придет только на следующий день после своего прибытия; он придет не в последний день, а в самый последний день.

Религии так же сбиваются с дороги, как и люди.

Почему мы так горько сожалеем о первородном грехе? Нас изгнали из рая вовсе не из за него, а из за древа Жизни, чтобы мы не могли вкусить его плодов.

Познавшему всю полноту жизни страх смерти неведом. Страх смерти – это следствие неосуществившейся жизни, выражение измены ей.

Один из первых признаков начала понимания – желание умереть. Эта жизнь кажется невыносимой, другая – недосягаемой. Человек больше не стыдится желания умереть, он просит переселить его из старой клетки, ему ненавистной, в новую, которую со временем тоже возненавидит.

Свободу причисляют к самым возвышенным чувствам, поэтому и ложь о свободе считается возвышенной.

Каждая революция бесплодна и ведёт лишь к замене одной бюрократии другой.

Праздность – начало всех пороков, украшение всех добродетелей.

В борьбе между собой и миром будь на стороне мира.

Тропинки возникают оттого, что по ним ходят.

Все человеческие ошибки суть нетерпение, преждевременный отказ от методичности, мнимая сосредоточенность на мнимом деле.

Истинный путь идет по канату, который натянут не высоко, а над самой землей. Он предназначен, кажется, больше для того, чтобы о него спотыкаться, чем для того, чтобы идти по нему.

Зло может соблазнить человека, но не может стать человеком.

Начиная с определенной точки, возврат уже невозможен. Этой точки надо достичь.

В жизни множество преград, и тем они выше, чем выше цели.

Родители, ожидающие от своих детей благодарности (есть даже такие, которые ее требуют), подобны ростовщикам: они охотно рискуют капиталом, лишь бы получить проценты.

Сил человеческих хватает до известного предела. Кто виноват, что именно этот предел играет решающую роль?

Лгут меньше всего, когда меньше всего лгут, а не тогда, когда для этого меньше всего поводов.

Иногда я удивляюсь тому, как люди сумели изобрести понятие «веселье»; вполне возможно, что они его вычислили лишь теоретически – в противовес печали.

Бодрствуя, мы идем сквозь сон — сами лишь призраки ушедших времен.

Вечная молодость невозможна; не будь даже другого препятствия, самонаблюдение сделало бы ее невозможной.

Все дело в мгновении. Оно определяет жизнь.

Все, в том числе и ложь, служит истине. Тени не гасят солнца.

Высказанная вслух мысль сразу же и окончательно теряет значение; записанная, она тоже всегда его теряет, зато иной раз обретает новый смысл.

Для здорового человека жизнь, собственно говоря, лишь неосознанное бегство, в котором он сам себе не признается, — бегство от мысли, что рано или поздно придется умереть. Болезнь всегда одновременно и напоминание, и проба сил. Поэтому болезнь, боль, страдание — важнейший источник религиозности.

Если я обречен, то обречен не только на смерть, но обречен и на сопротивление до самой смерти.

Жизнь все время отвлекает наше внимание; и мы даже не успеваем заметить, от чего именно.

Искусство всегда дело всей личности. Поэтому оно в основе своей трагично.

История, эта героическая родина во времени, сегодня уже не удовлетворяет евреев: они завоевали право на родину в пространстве.

Кто познал всю полноту жизни, тот не знает страха смерти. Страх перед смертью лишь результат неосуществившейся жизни. Это выражение измены ей.

Оковы измученного человечества сделаны из канцелярской бумаги.

Случайность существует лишь в нашей голове, в нашем ограниченном восприятии. Она — отражение границ нашего познания. Борьба против случайности — всегда борьба против нас самих, борьба, в которой мы никогда не можем стать победителями.

Счастье исключает старость. Кто сохраняет способность видеть прекрасное, тот не стареет.

Что у меня общего с евреями? У меня едва ли есть что-нибудь общее с самим собой.

Чтобы театр мог воздействовать на жизнь, он должен быть сильнее, интенсивнее повседневной жизни. При стрельбе нужно целиться выше цели.