Афоризмы Льва Шестова
Россия, Философы, ШестовШестов Лев, 1866 -1938
Более всего в еретиках раздражало упорство в пустяках.
Быть непоправимо несчастным — постыдно!
Вернейшее средство освободиться от надоевших истин — это перестать платить обычную дань уважения и благоговения и начать обращаться с ними запросто, даже с оттенком фамильярности и презрения.
В каждом из своих ближних мы подозреваем опасного врага и потому боимся его.
Возможности, открывающиеся человеку в жизни, сравнительно очень ограничены.
Вообще гений, вопреки общераспространенному предрассудку, самое бестолковое, а потому и самое беспокойное существо. Чтобы испытать наслаждение от трагедии, нужно ее видеть только со сцены.
Вопреки Эпикуру и его негодованию, мы в конце концов принуждены сказать себе, что все что угодно может произойти из всего чего угодно.
Всякий ценитель искусства доволен, если узнает в новом произведении «манеру» художника, и мало кто догадывается, что приобретение манеры знаменует собой начало конца.
Главная прелесть лучшего в его трудной достижимости.
Горе тому, кто вздумал бы на земле осуществлять идеал справедливости…
Действительная опасность никогда не устранялась словами и теориями.
Европа давным-давно забыла о чудесах: она дальше идеалов не шла; это у нас в России до сих пор продолжают смешивать чудеса с идеалами.
Есть вещи, которые человеку не дано прощать, а стало быть, есть обиды, которые нельзя забыть.
Есть достаточно оснований к тому, чтобы недоверчиво относиться к жизни. Она столько раз обманывала нас в самых заветных ожиданиях наших.
Жизнь иных народов, в иных странах и в иные времена научает нас понимать, что считающиеся у нас вечными идеи суть только наши заблуждения
Задача писателя: идти вперед и делиться с читателем своими новыми впечатлениями.
Задача философии не успокаивать, а смущать людей
Задача философии — научить человека жить в неизвестности, того человека, который больше всего боится неизвестности и прячется от нее за разными догматами.
Знаете ли вы, что для иных учителей нет больших мук в мире, чем слишком верующие и последовательные ученики?
Каждое слово взрослого человека представляется таинственно содержательным ребенку.
Как жить человеку без суждений, без убеждений?
Когда защищаешь свое последнее достояние — средств не разбираешь.
Когда приходит настоящая нужда, глупый человек становится умным.
Лучший и убедительнейший способ доказательства — начать свои рассуждения с безобидных, всеми принятых утверждений.
Люди ужасно экономные и жадные существа. Им хочется побольше знать и покупать свои знания возможно дешевле.
Люди часто начинают стремиться к великим целям, когда чувствуют, что им не по силам маленькие задачи. И не всегда безрезультатно…
Может быть, большинство читателей не хочет этого знать, но сочинения Достоевского и Ницше заключают в себе не ответ, а вопрос.
Мудрецы не больше знают, чем глупцы, — у них только больше храбрости и самоуверенности.
Мы глумимся и смеемся над человеком не потому, что он смешон, а потому, что нам нужно развлечься, посмеяться.
Мы думаем особенно напряженно в трудные минуты жизни, пишем же лишь тогда, когда нам больше нечего делать.
Наполеон слыл знатоком человеческой души, Шекспир — тоже. И их знания не имеют меж собой ничего общего.
Направо поехать — женатому быть, налево — убитому быть. Средней до-философ никогда не избирает, богатство ему не нужно, он не знает, что делать ему с деньгами.
Наука полезна — спору нет, но истин у нее нет и никогда не будет.
На самом деле творец обыкновенно испытывает одни огорчения.
На человека обыкновенно гораздо более действует последовательность в интонации, чем последовательность в мыслях.
Негодованием можно на время подавить какие угодно запросы человеческой души.
Ненависть не разбирает средств.
Не знать, чего хочешь, считается одним из самых позорящих обстоятельств.