Афоризмы и цитаты Людвига Витгенштейна

Людвиг Витгенштейн (1889–1951) – австрийский философ и логик.

Обыкновенная комната может оказаться для человека тюрьмой, если дверь в этой комнате открывается вовнутрь, а человек не догадывается потянуть ее на себя, а не толкать от себя.

Философ, не участвующий в дискуссиях, подобен боксеру, никогда не выходившему на ринг.

Никогда не углубляйтесь в одну из сторон проблемы, но всегда поднимайтесь туда, откуда проблема видна во всей ее целостности и полноте, даже если и не совсем отчетливо.

Один из важнейших талантов – не озадачиваться вопросами, которые тебя не касаются.

Почивать на лаврах так же опасно, как отдыхать в снегу. Можно задремать и умереть во сне.

Атмосфера, неотделимая от вещи, — это не атмосфера.

Больше всего говорит то предложение, из которого больше всего следует.

Большинство предложений и вопросов, трактуемых как философские, не ложны, а бессмысленны. Вот почему на вопросы такого рода вообще невозможно давать ответы, можно лишь устанавливать их бессмысленность.

Будущее от нас сокрыто. Но думает ли так астроном, вычисляющий дату солнечного затмения?

Бывает, слова выговариваются с трудом.

Никакой сигнал бедствия не может быть большим, чем крик одного человека.

Никто не может продумать мысль за меня, как никто не может за меня надеть шляпу.

Ни одно предложение не может высказывать нечто о себе самом. Человек обладает способностью строить языки, позволяющие выразить любой смысл, понятия не имея о том, как и что обозначает каждое слово.

Новое слово подобно свежему семени, брошенному в почву дискуссии.

Но можно ли жить так, чтобы жизнь перестала быть проблематичной?

Нужно уже что-то знать (или уметь), чтобы быть способным спрашивать о названии.

Нужно разрушить здание собственной гордыни. А это ужасная работа.

Обо мне нельзя сказать, что я знаю свои ощущения. Они у меня просто есть.

Образ может заменить описание.

Образ может изображать отношения, которые не существуют

Образ тоже должен отбрасывать свою тень на мир.

Объект прост.

Объект — устойчивое, сохраняющееся; конфигурация — меняющееся, нестабильное.

Объяснение служит устранению или предотвращению непонимания.

Одна из наиболее сложных задач философа — найти, где жмет ботинок

Одна эпоха не понимает другую; а ничтожная эпоха ложно судит обо всех иных по своим, собственно, ничтожным меркам.

Одно из главных умений философа — не заниматься теми вопросами, которые его не касаются.

Ожидание и исполнение соприкасаются в языке.

Окуляр даже гигантского микроскопа не должен быть больше, чем наш глаз.

Опередивший свое время когда-то догнал его.

О себе человек пишет с высоты собственного роста. Здесь стоят не на ходулях или на лестнице, а только босыми ногами на земле.

Путаницы, занимающие нас, возникают тогда, когда язык находится на холостом ходу, а не тогда, когда он работает.

Работа в философии — это в значительной мере работа над самим собой.

Разве можно себе представить, что камень обладает сознанием?

Разве существует наука из полностью обобщенных предложений? Это звучит крайне невероятно.

Разложенное предложение говорит больше, чем неразложенное. Когда предложение столь же сложно, как и его значение, оно полностью разложено.

Ребенок должен многому научиться, прежде чем он сможет притворяться.

Ребенок приучается верить множеству вещей.

Ребенок учится благодаря тому, что верит взрослому. Сомнение приходит после веры.

Религия как безумие — это безумие, вырастающее из безрелигиозности.

Религия — словно спокойное дно, на самой большой глубине остающееся спокойным, сколь бы высоки ни были волны, катящиеся над ним.

Решение проблемы жизни замечают по исчезновению этой проблемы.

Свобода воли состоит в том, что поступки, которые будут совершены впоследствии, не могут быть познаны сейчас.

Своим сочинением я не стремился избавить других от усилий мысли. Мне хотелось иного: побудить кого-нибудь, если это возможно, к самостоятельному мышлению.

Скептицизм не неопровержим, но явно бессмыслен, поскольку он пытается сомневаться там, где невозможно спрашивать.

Следует различать предмет страха и причину страха.

Слова подобны пленке на глубокой воде.

Слово — это зонд; иное проникает глубоко, иное — лишь на малую глубину.

Смерть — не событие жизни.

Событие либо происходит, либо не происходит, чего-то третьего не дано.

Совершенно верно, что автомобили не вырастают из земли.

Согласие в мысли. Вот желанная цель того, кто философствует.

Сомнение может существовать только там, где существует вопрос, вопрос — только там, где существует ответ, а ответ — лишь там, где нечто может бьггь высказано.

Спешащий человек, даже сидя в вагоне, будет непроизвольно его подталкивать.

Соскабливать цемент значительно легче, чем двигать камни. Но сначала все-таки нужно сделать первое, чтобы потом иметь возможность сделать другое.

Удачное сравнение освежает ум.

У гения не больше света, чем у любого другого достойного человека.

Философия есть борьба против зачаровывания нашего интеллекта средствами нашего языка.

Философия не дает картины реальности.

Философия не учение, а деятельность.

Философия не является одной из наук

Философия ограничивает спорную территорию науки. Она призвана определить границы мыслимого и тем самым немыслимого.

Философские проблемы возникают, когда язык пребывает в праздности.

Форма — возможность структуры.

Хорошее произведение искусства — это завершенное выражение.

Хорошо, что я не позволяю себе подпадать под влияние!

Христианская вера — как я ее понимаю — прибежище в высочайшей беде.

Художественное чудо заключается в том, что оно дает мир.

Целокупность истинных мыслей — картина мира.

Цель философии — логическое прояснение мыслей.

Человек — и, возможно, народы — должен пробудиться для удивления. Наука же — это средство, чтобы вновь усыпить его.

Частью новой жизни должна стать исповедь.

Человек не может просто взять и сделаться счастливым.

Человек не способен высказать истину, если он еще не овладел собой.

Человек часто бывает околдован словом. Например, словом «знать».

Человеческий взгляд обладает способностью придавать ценность вещам; правда, тогда они поднимаются и в цене.

Человеческое тело — лучшая картина человеческой души.

Чему я хочу научить — так это переходить от неявной бессмыслицы к бессмыслице явной.

Чисто телесное может быть зловещим.

Чтобы наслаждаться творчеством поэта, надо, я полагаю, любить и ту культуру, к которой он принадлежит.

Чтобы ошибаться, человек уже должен судить согласно с человечеством.

Чтобы предложение могло бьггь истинным, необходимо, чтобы оно также могло быть ложным.

Что достижимо посредством лестницы, меня не интересует.

Что зависит от моей жизни?

Что нельзя помыслить, о том нельзя и говорить.

Что такое страх? Что значит «бояться»? Пожелай я объяснить это путем лишь показа, я просто сыграл бы ветрах.

Что утром взойдет солнце — гипотеза; а это значит, что мы не знаем, взойдет оно или нет.

Чувство непреодолимой пропасти между сознанием и мозговым процессом: как получается, что на размышлениях нашей повседневной жизни это не сказывается?

Чувство ярости не может быть разумно, даже по отношению к Гитлеру, а уж по отношению к Богу — и подавно.

Широкий провал мысли часто пытаются перепрыгнуть и тогда падают прямо в него.

Этика и эстетика — одно.

Я был бы счастлив создать хорошую книгу.

Является ли вера опытом? Является ли мысль опытом?

Я восседаю в жизненном седле, как плохой всадник на коне. Только кротости лошади я обязан тем, что тотчас же не был сброшен ею.

Я есть мой мир.

Язык есть часть нашего организма, и не менее сложная, чем сам этот организм.

Язык переодевает мысли.

Язык — это лабиринт путей.

Я могу искать его, если его тут нет, но не могу его повесить в его отсутствие.

Я не есть предмет.

Я тщетно трачу неописуемые усилия на то, чтобы привести в порядок мысли, которые, может быть, ничего не стоят.

Вера в то, что огонь обожжет меня, такой же природы, что и страх, что он обожжет меня.

Верить в Бога значит понимать вопрос о смысле жизни. Верить в Бога значит видеть, что факты мира — это не все. Верить в Бога значит видеть, что жизнь имеет смысл. Есть два божества: мир и мое независимое Я. Я либо счастлив, либо несчастлив, вот и все. Можно сказать: доброе и злое не существуют.

Вероятностью мы пользуемся лишь за неимением достоверности. Отрицание меняет смысл предложения на противоположный.

Верь! Это не повредит.

Вещь самостоятельна, поскольку она может наличествовать во всех возможных ситуациях.

Вкус способен восхищать, но не захватывать.

Власть и богатство не одно и то же, хотя богатство дает нам также и власть.

В логике нет ничего случайного.

Во что мы верим, зависит от того, что мы усваиваем.

В предложении заключена форма, а не содержание его смысла. Выражать смысл способны лишь факты.

В реальном употреблении выражений мы движемся как бы окольным путем, идем переулками; при этом, возможно, мы видим перед собой прямую улицу, однако не можем ею воспользоваться, потому что она постоянно перекрыта.

Всегда спускайся с голых вершин рассудительности в зеленые долины глупости.

Все выводы делаются a priori

Все дело в том, как желать.

Все, что мы видим, могло бы быть и другим.

В старости проблемы ускользают от нас, как и в молодости. Мы не в состоянии не только разрешить их, но и удержать.

Всячески следует избегать всего ритуального, ибо оно сразу же разлагается.

В философских гонках выигрывает тот, кто может бежать медленнее всех. Или же тот, кто последним приходит к цели.

Если бы люди никогда не делали глупостей, то не свершилось бы ничего и умного.

Если самоубийство дозволено, тогда все дозволено.

Гений — это мужественность таланта.

Если сделаны все положительные высказывания о некоторой вещи, разве уже не сделаны так же и все отрицательные? И в этом все дело.

Мудрость сера. А жизнь и религия полны красок.

Мы верим: идеал должен скрываться в реальности, ибо полагаем, что уже усматривали его.

Мы говорим, произносим слова и только позднее получаем какую-то картину их жизни.

Мы легко создаем себе ложную картину процессов, называемых «узнаванием».

Мы можем предвидеть только то, что конструируем сами.

Мыслимо ли, чтобы люди, никогда не говорившие вслух, при всем том владели внутренней речью, молчаливо обращались к самим себе?

Мысль — логическая картина факта.

Мы создаем для себя картины фактов. Картина — модель действительности. Картина создает представление о действительности.

Мышление должно быть чем-то уникальным.

Мы сражаемся с языком.

На дне обоснованной веры лежит необоснованная вера.

На основании собственных слов нельзя судить о своей убежденности или же о поступках, которые из нее вытекают.

Начало подлинной оригинальности в том и состоит, чтобы не желать быть тем, чем вы не являетесь.

Написать о себе что-то более правдивое, чем ты есть, невозможно.

Наука: обогащение и обеднение.

Наша речь обретает смысл через остальные поступки.

Наши величайшие глупости могут быть очень мудрыми.

Наш язык можно рассматривать как старинный город.- лабиринт маленьких улочек и площадей, старых и новых домов, домов с пристройками разных эпох; и все это окружено множеством новых районов с прямыми улицами регулярной планировки и стандартными домами.

Не все исправления наших взглядов находятся на одинаковом уровне.

Недоверие к грамматике есть первое требование к философствованию.

Нелогичное немыслимо, ибо в противном случае нужно было бы мыслить нелогично.

Нельзя задним числом открыть новую возможность.

Нельзя проявлять волю без того, чтобы действовать.

Нет ничего труднее, чем не обманывать самого себя.

Нет смысла говорить человеку то, что ему непонятно, если к тому же он еще и не в состоянии этого понять.

Нечеткая граница вовсе не граница. Ограждение с дырою — это то же самое, что и полное отсутствие ограды.

Нечто может происходить или не происходить, а все остальное окажется тем же самым.

Не можем ли мы заблуждаться, считая, что понимаем вопрос?

Не направляй свой интерес на то, что, кроме тебя, скорей всего, никто не понимает.

Не страх, а побежденный страх заслуживает восхищения и делает жизнь достойной того, чтобы жить.

Не существует резкой границы между нерегулярной и систематической ошибками.

Не считай неуверенное утверждение утверждением неуверенности.

«Не считай само собой разумеющимся» означает: изумись этому так же, как и другим волнующим тебя вещам.

Не требуй слишком многого и не бойся того, что твое справедливое требование ни к чему не приведет.



Вместе с "Афоризмы и цитаты Людвига Витгенштейна" можно почитать: