Афоризмы Освальда Шпенглера
Германия, Философы, ШпенглерШпенглер Освальд, 1880-1936
Немецкий философ, создатель одной из самых громких и известных философских концепций XX века. Автор работ:«Закат Европы» (1918—1922),«.Пессимизм» (1921), «Человек и техника» (1931) и других
Самая известная работа Шпенглера — «Закат Европы» — оказала огромное влияние на современное западное мировоззрение.
Архитектура больших пирамидных храмов есть молчаливая математика.
Атеистическая наука также имеет религию.
Бесконечность и вечность для души сливаются вместе, и кто не владеет одной, тот не ведает и другой.
Будем честными и поймаем древних мыслителей на слове ни одна фраза Гераклита, Демокрита,
Платона не является для нас истиной, если мы ее не препарируем под свои нужды.
Великие личности часто больше разрушают, чем создают.
Возможность — это значит необходимость.
Время побеяодает пространство.
Всякая символика проистекает из страха. Она знаменует защиту.
Всякий чего-то требует от других. Слова «ты должен» произносятся с полным убеждением.
Всякий факт, даже самый простой, уже заключает в себе историю.
В древние времена женщина выполняла роль ясновидящей не потому, что ей было дано предугадать будущее, а потому, что она сама была этим будущим.
В идее материнства заключается бесконечное становление.
В исторической реальности нет места идеалам. Здесь присутствуют только факты. Нет никаких истин, есть только факты.
В настоящее время мы мыслим землю не в целом, а разделенною на части света. Только
философам и историкам это остается еще неизвестным.
В рождении уже заложена смерть, в осуществлении — бренность.
Где нет фактов, там правит чувство.
Город — это дух. Большой город — это «свободный дух».
Государство — это форма народа.
Громадное заблуждение теоретиков заключается в том, что они полагают, будто их место на вершине, а не в обозе великих событий.
Даже и хорошая мысль имеет мало цены, если высказана плоским человеком.
Для других людей есть другие истины. Для мыслителя они должны иметь значение все или ни одна.
Демократия так и осталась бы в умах и на бумаге, если бы среди ее приверженцев не попадались подлинно властные натуры, для которых народ представляет собой только объект, а идеалы — средство.
Для настоящего мыслителя нет абсолютно верных или неверных точек зрения.
Для первобытного человека слово «время» не имеет значения.
Душа даже сама о себе не может ничего «знать».
Египтянин отрицает уничтожаемость. Античный человек утверждает ее всем языком форм своей культуры.
Если в мире истин все решает доказательство, то в мире фактов решающую роль играет успех.
Если даже человек — мыслящее существо, то он все же далек от того, чтобы быть созданием, существование которого заключается в мышлении.
Есть разница в том, чтобы задавать вопросы, и в том, чтобы верить в их разрешение.
Женщина сильна тем, что она такая, какая есть.
Жесткое разделение рас — этот плод тщеславия всех этнографий — невозможно.
Животные боятся каждой опасности в отдельности, а древний человек дрожал от страха перед всем миром.
Жизнь есть осуществление внутренне возможного.
Жизнь жестока, если она хочет быть великой. Зачатие и смерть ограничивают жизнь тела в пространстве, причем зачатие выступает как вина, а смерть как наказание тела. Жизнь может существовать без мышления, но мышление — это всего лишь один из видов жизни.
Жизнь по моральным заповедям — это непрерывная череда жертв.
Знание — это лишь более поздняя форма веры.
Зрелые умы всегда будут редки.
Идею судьбы может сообщить только художник — портретом, трагедией, музыкой.
Идея судьбы требует жизненного опыта, а не научного опыта, глубины, а не ума.
Интеллигентные лица всех рас похожи друг на друга. В них на задний план отступает сама раса.
Истинно только то, что вечно.
Истинные друзья понимают друг друга без лишних слов, искренняя вера обходится вообще без слов — молчит.
Истины абсолютны и вечны, то есть не имеют с жизнью ничего общего.
История безжалостно растаптывает идеалы, и если какой-то человек или народ в определенный момент отказывается от силы ради справедливости, то ему обеспечена теоретическая слава в мире мыслей и истин, но это будет означать его поражение в схватке с другой силой, которая лучше разбирается в реальности.
История Европы есть созданная своей волей судьба, индийская — непроизвольная случайность.
История есть совокупность всего того, что не имеет отношения к математике. История есть вечное становление, вечное будущее и, следовательно, движение; природа есть ставшее, следовательно, вечное прошлое.
Каждая найденная рассудком новая истина — это не что иное, как критическое суждение о старой, уже существующей.
Каждое существо воспринимает другое существо и его судьбу только в соотнесении с самим собой.
Канонические книги национальны, а апокалиптические интернациональны в буквальном смысле этого слова. Они существуют, хотя никто их вроде бы и не писал. Содержание их туманно, и сегодня они гласят одно, а завтра другое.
Кровь представляется нам символом жизни.
Культура и цивилизация — это живое тело души и ее мумия.
Культура — это последняя из достижимых для нас действительностей.
Культуры суть организмы. История культуры — их биография. Культура зарождается в тот момент, когда из первобытно-душевного состояния вечнодетского человечества пробуждается и выделяется великая душа.
Лишь глядя на смерть, мы сознаем другую тайну — тайну зачатия. Лишь человек действия, человек судьбы живет в конечном итоге в подлинном мире, мире политических, военных и экономических решений, где нет места понятиям и системам.
Любовь предполагает создание мысленного мирового порядка, в котором есть прочность. Любая религия родственна свету.
Любить можно лишь то, в чье длительное существование веришь.
Люди значительно чаще задумывались о понятии политики, чем это было необходимо. Куда хуже они умели наблюдать реальную политику.
Люди культуры живут бессознательно, люди фактов — сознательно.