Афоризмы и цитаты Веслава Брудзинского

Веслав Брудзиньский, (р. 1920 г.), сатирик

Автор, на счету которого два-три скромных успеха и множество крупных провалов, ценится выше, чем тот, на счету которого одни только скромные успехи.

Афорист – добытчик аттической соли для чужих кушаний.

Афорист – это человек, который радуется как ребенок, придумав фразу, которая, по всей вероятности, была древним народным присловьем у финикийцев.

Беда эху, которое запаздывает.

Бедные духом получают правду в рассрочку.

«Берегитесь Сциллы!
Харибда».

Блестящим планам везет на проектировщиков, скверным планам везет на исполнителей.

Бойся собственной тени – тень никогда не знает, на чьей стороне она будет.

Большое искусство – играть так тонко, чтобы не задеть ушей тех, кто сидит в первых рядах, но чтобы галерка услышала каждое слово.

Борьба с ветряными мельницами – не обязательно безумство. Что, если Дон Кихот состоял на службе у владельцев речных мельниц?

Будет ли конец света хеппи-эндом?

Будь храбр, но ради своего блага заведи себе трусливых советников.

Буря в стакане воды? Все дело в том, на чьем столе он стоит.
В искусстве: скажешь один раз – не заметят; скажешь несколько раз – закричат: «Шарманка!»

В свое оправдание он сказал, что оплевывал еретика лишь для того, чтобы загасить костер.

Весьма нетактично предаваться покаянию, когда другие уже озираются в поисках новых грехов.

Видимость обманчива – она вовсе не видимость.

Возможно, ты открываешь Америку, сам не зная того. Колумб тоже не знал.

Воображаемый мир приносит вполне реальные выгоды, если заставить жить в нем других.

Вот и опять реальность разбилась о мечты!

Все больше истин прикидываются ложью, чтобы привлечь слушателей.

Все уже было, и все еще будет.

Всего несчастнее семьи, состоящие из одних только бедных родственников.

Вы говорите, из двух зол? Тоже мне ассортимент!

Где взять нужного человека, чтобы узнать, в самом ли деле нужный человек находится на нужном месте?

«Голову выше, иначе стреляю!»

Горе Иуде, который поцеловал не того, кого следовало!

Диктуй неразборчиво, чтобы оставить за собой право решать, кто сделал ошибку.

Допустим, ты победил; но что с того, если жюри, присудившее тебе победу, не имеет никаких шансов победить?

Его творчество достигло двойного дна.

Ему было бы что сказать, если бы он столько не говорил.

Ему нечего сказать, а его еще и замалчивают.

Если ты – исключение, старайся как можно громче подтверждать правило.

Если ты выше кого-либо на голову, это не обязательно заслуга головы.

Если ты носишь маршальский жезл в своем ранце, снабди ранец двойным дном.

Есть два разряда великих людей просто великие, которые в состоянии изменить ход событий, когда дела идут плохо; и исключительно великие, которые в состоянии удержаться от вмешательства в ход событий, когда дела идут хорошо.

Жертва часто возвращается на место преступления, чтобы повздыхать о старом добром времени.

Жизнь устроена так, что приходится присутствовать на похоронах тех, кого мы любим, и на юбилеях тех, кого мы терпеть не можем.

Закон не гарантирует обеда, хотя гарантирует обеденный перерыв.

Занавес опустился; а когда он поднялся вторично, изумленная публика увидела совершенно других актеров, вышедших на аплодисменты.

Запасись терпением на двоих: на себя и на своего шефа.

Из любого положения есть несколько выходов – каждый на другом уровне.

Из-за чего, собственно, столько претензий к Пилату? Из-за того, что он не стал вмешиваться во внутренние дела чужой страны?

Изгнание из рая часто совершается через триумфальную арку.

Иногда головой не пробьешь даже бумагу.

Иногда корни уходят высоко вверх.

Иногда настоящая схватка начинается только на пьедестале почета.

Интересно, какое влияние оказывает общественное мнение на формирование общественного мнения?

Иные готовы считать себя либералами, изменив всего-навсего объект своей нетерпимости.

Иные судорожно держатся за руль, чтобы не упасть.

Исключения делают правило знаменитым.

Исправление старых ошибок часто стоит дороже, чем новые.

История учит, используя запрещенные педагогические приемы.
Их разделяет все: оба неверующие, но в разных богов.

Кадя одному, можно выкурить другого.

Каждый способен на что-то великое. К сожалению, не каждому удалось в этом помешать.

Когда бьет последний час, не время подводить стрелки.

Когда он открыл забрало, увидели маску.

Когда пишешь под диктовку, собственную индивидуальность можно проявлять только в ошибках.

Когда становится слишком жарко, ряды бойцов начинают таять.

Компилятор делает книги из чужих цитат; афорист сочиняет цитаты для чужих книг.

Крысы, бежавшие с корабля, в обиде на него за то, что он не тонет.

Легче указать человеку на дверь, чем указать выход.

Ложь: дублер, заменяющий правду в рискованных ситуациях.

Лучше служить двум господам, чем одному слуге.

Любопытно: с каждым поколением дети все хуже, а родители все лучше; отсюда следует, что из все более плохих детей вырастают все более хорошие родители.

Люди растут, и долги вместе с ними.

Люди растут. Можно даже встретить человека в натуральную величину.

Марионетки подчас стараются показать, куда ведут нити.

Массовая известность его произведений проявляется в том, что масса людей их терпеть не может.

Меньшее зло, как правило, долговечнее.

Мир движется вперед со скоростью несколько гордиевых узлов в год.

Многие духовные завещания пришлось аннулировать за отсутствием завещаемого имущества.

Многие начинают мстить раньше, чем их успели обидеть.

Многие проповедники изобретают новые грехи, чтобы заполучить клиентуру.

Многие расплачиваются за поступки, которых у них не хватило решимости совершить.

Многим приходится долго отрабатывать убытки от своего последнего бенефиса.

На проповеди прихожане ловят каждое слово, доносящееся из исповедальни.

На сцене главные роли играют лучшие исполнители. В жизни иначе.

Надо полагать, неспроста восхищение обычно немое, а возмущение громкое.

Настоящий друг познается в беде, до которой он нас довел.

Не бойся своего пессимизма. Ты еще увидишь, что на самом деле был оптимистом.

Не каждому совести хватает до 1-го.

Не обещай ничего такого, чего ты не мог бы снова пообещать год спустя.

Не повторяй сплетен, как попугай. Добавь что-нибудь от себя.

Не служи двум господам за одну зарплату.

Не смотри на мир слишком трезво, а то сопьешься.

Не соглашайся на должность капитана тонущего корабля.

Не спеши избавляться от своего шута – может быть, это единственное свидетельство твоего королевского сана.

Не ставь мышеловку, если сам годишься на роль приманки.

Не то важно, кто оказал тебе услугу, а то, кого наиболее выгодно поблагодарить.

Некоторые всегда впереди; потом в случае успеха они говорят, что были вождями, а в случае поражения – что их гнали в первых рядах как заложников.

Непослушание тоже не должно быть слепым.

Нет более печального зрелища, чем люди, которые мудрее своей жизни, и писатели, которые умнее своих книг.

Нет человека настолько ненужного, чтобы он не был вдвойне не нужен где-то еще.

Ни стыда, ни совести у нынешних юношей! Вместо того чтобы слушаться взрослых, они подражают им!

Об умерших говори только хорошее. Они еще могут воскреснуть.

Одни меняют амвоны, другие – проповеди.

Одни сражаются за свободу от предрассудков, другие – за свободу для предрассудков.

Он бы и позволил себя поймать, да больно его испугала приманка.

Он все предусмотрел, не предусмотрел только, что это сбудется.

Он не изменил своих взглядов – напротив, его взгляды изменили его.

Он остроумен любой ценой. Пусть даже ниже себестоимости.

Он охотно исповедовался бы в грехах, если б не тайна исповеди.

Он способен тронуть до слез слушателей, рисуя им их будущее.

Он считал себя гуманистом, поскольку взирал на мир с сочувственным омерзением.

Он утверждает, что в своих книгах спускается до читателя, а на самом деле читатель опускается вместе с ним.

Они поделились: один взял на себя вину, другой – покаяние.
Опасайся специализации: стоит тебе хоть раз удачно выступить в роли обиженного, и ты уже никогда не получишь другой роли.

От отравленного ядом пера чаше всего гибнет произведение.

Отступая, не хвались, что ты в авангарде.

Ошибки молодых – неиссякаемый источник опыта для тех, кто постарше.

Перл искусства: реабилитировать еретика, нимало не осуждая костра, на котором его сожгли.

Плохо иметь отцом блудного сына.

По мере того, как проходит время, наши предки совершают все более славные подвиги.

По причине бегства трибунала обвиняемого судили заочно.

Подчиненный: человек, который должен говорить как можно короче.

Поправка к Библии: блудный сын объявил себя невозвращенцем.

Порой актеры кричат: «Занавес!» – потому что уже не могут глядеть на публику.

Почему, когда мы приходим на этот свет, никто нас не предупреждает: «Отныне все, что вы скажете, может быть использовано против вас»?

Правда рано или поздно всплывет. Хотя бы в виде утопленницы.

При оглашении идейного завещания главное – степень вменяемости наследников.
Прибереги пессимизм на черный день!

Производство суррогатных продуктов можно удешевить до крайности, если прежде создать суррогат потребителя.

Против литературного течения лучше всего плыть классическим стилем.

Самоубийца: человек, погибший при попытке бегства от себя самого.

Сатириком себя считает и тот, кто может лишь передразнивать, а не высмеивать.

Свидетельство о его безусловной верности было подписано обоими господами, которым он служил.

Служил двум господам – как потом оказалось, доктору Джекилю и мистеру Хайду.

Смена караула иногда происходит внутри часовых.

Совершенно бесполезных людей всегда можно заменить теми, кто был бы полезен где-то в другом месте.

Содомиты хотя бы положили начало новому термину, тогда как жители Гоморры грешили исключительно ради собственного удовольствия.

Среди прочих существуют награды за военное мужество и гражданскую трусость.

Степени роскоши: собственная машина, собственная вилла, собственное мнение.

Суфлер, страдающий манией величия: подсказывает только главные роли.

Тактичный человек никогда не подаст вида, что заметил допущенную им бестактность.

Там, где в основе лежит несправедливость, справедливость в мелочах только усугубляет ее.

Те, кто творит историю, часто заодно и фальсифицируют ее.

«Только я могу рассуждать о цвете, – сказал дальтоник, – потому что я беспристрастен».

Тот, кто светит отраженным светом, нередко думает, что светил бы ярче, если б источник света погас.

Трусливый заяц смешон, храбрый заяц – еще смешнее. Достоинство сохраняет только заяц, запеченный в сметане.

У каждого своя навязчивая идея: одному кажется, что кто-то за ним ходит, другому – что кто-то за ним стоит.

У лжепророков документы обычно в полном порядке.

У Пегаса должно быть лошадиное здоровье.

Уж лучше буква закона, чем его цифры.

Уровень проповеди имеет мало общего с высотой амвона.

Фальшивый Мессия, фальшивый Иуда и, что хуже всего, фальшивые тридцать сребреников.

Хороший пропагандист может убедить даже при помощи правды.

Хочешь добиться расположения наставника? Дай ему возможность время от времени исправить твою ошибку.

Хуже всего зануды с интересной биографией.

Хуже всего запоздавшее эхо, которое отзывается, когда ты уже отрекся от сказанного.

Царь Дарий создал «глаза и уши царя», но вдобавок создал «руки царя», которые эти глаза закрывали, а уши затыкали.

Читая проповедь, убедись, обеспечен ли надежный отход с амвона.

Что с того, что он верно служил одному господину? Его господин тем временем служил двум господам.

Чтобы прославиться, нужно сорок лет заниматься живописью, или двадцать лет писать бестселлеры, или десять лет играть главные роли в театре, или пять лет блистать в кино, или в течение месяца ежедневно зачитывать по ТВ кулинарные рецепты.

«Это лишь видимость глубины, – сказал он, – буль-буль-буль…»

Я никогда не ударю лежачего, разве что он попытается встать.

Многие катастрофы случились точно по расписанию.

Не спеши обращать грешников прежде, чем они согрешат.

Что хуже: интеллигенты, пишущие для полуинтеллигентов, или полуинтеллигенты, пишущие для интеллигентов?
Есть люди, которые всегда идут в первых рядах; в случае успеха они объявляют себя вождями, в случае поражения – говорят, что их гнали вперед как заложников.

Начинающий Иуда вкладывает в свой поцелуй много искреннего чувства.

Совершенно бесполезных людей всегда можно заменить теми, кто был бы полезен совсем на другом месте.

Память – странное сито: на нем остается все хорошее о нас и все плохое о других.

Иногда настоящая схватка начинается на пьедестале почета.

Неделя награждается воскресеньем.

Так много умеющих предвидеть и так мало умеющих предупредить.

Нужно усложнять, чтобы в результате все стало проще, а не упрощать, чтобы в результате все стало сложнее.

Заседающие не пришли к согласию – перерыв в заседаниях был слишком краток.

Совершил столько ошибок, что самое время подвести под них какую-нибудь теорию.

Редко возвращаются из эмиграции те, кто вовсе не уезжал.

Труднее всего обновить ходячую энциклопедию.



Вместе с "Афоризмы и цитаты Веслава Брудзинского" можно почитать: