Афоризмы и цитаты Жана Кокто

Жан Кокто (1889–1963) – французский художник, писатель, киносценарист. Член Французской академии.

Пока живешь, надо быть человеком, а слава художника пусть придет посмертно.

Развивай то, что в тебе критикуют. Это и есть ты.

Такт в мужестве – это знать, до каких пор можно заходить слишком далеко.

Приходится верить в удачу. Как иначе можно объяснить успех тех, кто нам не нравится?

Богатство – это привычка, и бедность – тоже. Бедняк, который разбогател, кичится роскошной бедностью.

Виртуозы не служат музыке; они заставляют ее служить себе.

Все мечтатели – плохие поэты.

Вундеркинды, как правило, дети родителей с богатым воображением.

Даже величайший шедевр литературы – всего лишь приведенный в беспорядок словарь.

Даже самая злая собака не кусает того, кто ее кормит. Какой пример литературным критикам…

Для одних стиль – это сложный способ говорить о простом, для других – простой способ говорить о сложном.

Если есть выбор, кого распинать, толпа всегда спасает Варраву.

Жизнь – это горизонтальное падение.

Истина слишком нага и поэтому никого не возбуждает.

История – это правда, которая в конце концов становится ложью. Миф – это ложь, которая в конце концов становится правдой.

Источник редко одобряет дорогу, которую избрала река.

Итальянцы – это французы в хорошем настроении.

Каждый человек носит на левом плече обезьяну, на правом – попугая.

Мода умирает молодой. Вот почему ее легковесность так весома.

Опиум похож на религию, как иллюзионист на Иисуса.

Поэзия – это религия без надежды.

Поэт вспоминает будущее.

Разумеется, я верю в счастливую случайность, иначе как объяснить успехи людей, которых я не выношу?

Раньше женщины кормили грудью младенцев, теперь – кинопродюсеров.

Режиссеры бывают трех видов: умные, изобретательные и большинство.

Самая страшная трагедия для поэта – когда им восхищаются, потому что не понимают его.

Член Французской академии отличается тем, что после смерти он превращается в кресло.

Я знаю, что искусство совершенно необходимо людям, только не знаю зачем.

Во фразе: «Картины Пикассо – это мазня» – о Пикассо не сказано ничего, зато о говорящем – все.

Виктор Гюго был безумцем, который вообразил себя Виктором Гюго.

Бывают такие истины, которые человек может высказать, только когда завоюет право на это.

Дурные привычки – единственное, чем люди делятся без раздумья.

Внутри каждого из нас притаился ангел. Мы должны охранять этого ангела.

Такт в дерзости – это умение почувствовать, до какого предела можно зайти слишком далеко.

Поэт никогда не требует восхищения; он хочет, чтобы ему поверили.

Бояться смерти – все равно что бояться того, что мы ограничены в пространстве.

Секрет всегда имеет форму уха.

Ни в коем случае не пытайтесь подавить собственное чувство юмора – нет ничего абсурднее, чем отсутствие этого чувства.

Рано или поздно приходится выбирать: либо продлевать свою молодость, либо продлевать свою жизнь.

Если ты знаменитость, неприятно, что все кругом тебя знают, и совершенно ужасно, когда тебя не узнают.

Почему генералы такие тупые? Потому что их набирают среди полковников.

Легенды — это ложь, которая становится историей.

Критики всегда сравнивают. Несравнимое от них ускользает.

Кошек я предпочитаю собакам хотя бы потому, что полицейских котов не бывает.

Драма нашего времени это то, что глупость начала думать.

Мода — это то, что выходит из моды.

Гений — это вершина практического чутья.

В жизни можно гордиться только тем, что никто не может даже вообразить официальной награды за твою работу.

Время от времени следует отдохнуть от безделья.

Художник не более способен рассказать о своем искусстве, чем колос — рассуждать об агротехнике.

Художник должен жить, пока жив, а слава пусть будет посмертной.

Не посвящают себя поэзии. Ей приносят себя в жертву.

Красота действует даже на тех, кто её не замечает.

Такт смелости состоит в том, чтобы знать, до каких пределов можно слишком далеко зайти.

В большом городе можно больше увидеть, а в маленьком больше услышать.

Бог думает о нас. Но он не думает за нас.