Биография Антонио Гауди

Антонио Гауди, 1852 – 1926, испанский архитектор

Он прошел путь от обычного провинциала до столичного архитектора, перевернул представления об облике зданий и создал новый стиль – каталонский модерн.

На свет Антонио Гауди и Корнет появился 25 июня 1852 г. в Реусе, каталонском уголке Испании, и стал пятым, младшим ребенком в семье. С раннего детства он страдал ревматоидным артритом. Поэтому вместо игр со сверстниками сидел в одиночестве на морском берегу, строил замки из песка, любовался облаками, цветами и улитками. Строить он мечтал так, как создает природа: лучшим интерьером считал небо и море, а идеальными скульптурными формами – деревья и облака. Умение мыслить в трех измерениях передалось Антонио по наследству, ведь его предки были «людьми пространства и расположения»: отец – медник, дед – кузнец, один прадед – бондарь, другой – моряк. Немного повзрослев, мальчик заинтересовался работой отца в мастерской. А в связи с этим – геометрией и рисованием (что впоследствии выльется в пристрастие к художественному литью и созданию элементов из кованого железа).

В 17 летнем возрасте Гауди отправился в Барселону, где после пяти лет подготовительных курсов был принят в Провинциальную школу архитектуры. Он окончил ее в 1878 году. В первый же год обучения Антонио вместе со своим преподавателем создал для площади Реал «Монументальный каскад» – сцепление неоклассических арок, галерей, лестничных маршей и скульптурных групп с каскадами и фонтанами. В 1870–1882 гг. Антони Гауди работал под началом архитекторов Эмилио Сала и Франциско Вильяра, который как раз трудился над апсидой (полукруглым выступом) церкви при монастыре Монсеррат. В этот период Гауди изучал ремесла, выполняя множество мелких работ (ограды, фонари и т. д.); проектировал также мебель для собственного дома.

Чуть позже юноша стал чертежником у архитектора Ж. Фонсере, затем – у Ф. П. дель Вильяра.

В Европе в то время наблюдался необычайный расцвет неоготического стиля. Юный Гауди восторженно следовал идеям энтузиастов неоготики: французского архитектора и писателя Виолле ле Дюка (крупнейшего в XIX в. реставратора готических соборов, восстанавливавшего Собор Парижской Богоматери) и английского искусствоведа Джона Рескина. Провозглашенная ими декларация «Декоративность – начало архитектуры» полностью соответствовала мыслям юного Гауди, творческий почерк которого с годами становится совершенно неповторимым, а архитектура – столь далекой от общепринятой, как геометрия Лобачевского от евклидовой геометрии.

Темой своего дипломного проекта Гауди выбрал ворота кладбища, которые должны были символизировать грань между миром мертвых и живых. Во время выпуска декан факультета так отозвался о Гауди: «Господа, это либо гений, либо сумасшедший».

По окончании учебы Антонио открыл мастерскую и принялся выполнять самые различные заказы – от монтажа заборов до создания мебели, элементов религиозных сооружений, причудливых решеток, павильонов и витрин. Кроме того, по заказу городского совета он спроектировал первые газовые фонари, которые были установлены на Королевской и Дворцовой площадях.

Так, с годами и опытом, постепенно сформировался его уникальный стиль, объединивший в себе черты модерна, неоготики и эклектики. Образцом совершенства Антонио считал куриное яйцо (даже носил его в кармане). Замкнутые, геометрически правильные пространства он ненавидел, считая, что прямая линия – это порождение человека, а круг – творение Бога. Соответственно, цель свою описывал так: «…исчезнут углы, и материя щедро предстанет в своих астральных округлостях: солнце проникнет сюда со всех сторон, и возникнет образ рая… дворец мой станет светлее света». Чтобы не «резать» помещение на части, Гауди придумал безопорную систему перекрытий. Подобные расчеты люди научатся выполнять лишь через 100 лет, когда появится компьютерная программа НАСА, вычисляющая траектории космических полетов.

В конце 1870 х молодой архитектор создал витрину для магазина перчаток «Комелья» – центра мужской моды, куда и сам частенько наведывался, поскольку любил лайковые перчатки и черные шелковые цилиндры. Довольный работой Гауди, хозяин магазина заказал ему проект стенда для показа своей продукции на Всемирной выставке 1878 г. в Париже. И это решило дальнейшую судьбу Антонио. Увидев стенд, текстильный магнат Эусеби Гуэль пожелал встретиться с его автором и впоследствии стал основным заказчиком Гауди. Именно Гуэль ввел Антонио в высший свет, обеспечил ему членство в городских клубах (в т. ч. музыки, изобразительного искусства и разведения голубей) и познакомил с потенциальной клиентурой.

В 1883 г. родственник Гуэля заказал Гауди дизайн виллы Эль Каприччо. Архитектор учел интересы клиента (в частности, страсть к музыке) и украсил окна главного холла колокольчиками. Главный фасад выложил восточным узором и керамическими подсолнухами, а еще – спроектировал башню, которая должна была напоминать минарет.

Два года спустя Гауди построил летний дом для биржевого маклера М. Висенса и Монтанера. Черпая вдохновение у природы, Антонио щедро декорировал фасад не только шахматной бело зеленой плиткой, но и растительными орнаментами; оконным проемам придал форму листков; кованую решетку, огораживающую участок с садом и фонтаном, украсил изображениями пальмовых листьев и бархатцев, а потолок первого этажа, где разместилась столовая гостиная, расписал цветами и птицами.

Далее по заказу семьи Эусеби Гауди создал павильоны усадьбы Гуэль близ Барселоны, винные погреба в Гаррафе, часовню и крипту Колонии, дворец Гуэль на Рамбле – главной улице Барселоны. Пространство дворца было организовано вокруг центрального зала, предназначенного для религиозных служб, музыкальных собраний и светских мероприятий. А сам центральный зал увенчан куполом со множеством отверстий, через которые в помещение падал естественный свет.

В 1890 г. Антонио начал работу над глобальным проектом парка Гуэль, который, согласно задумке Эусеби, должен был стать чем то вроде английского сада. Рассчитывая построить целый коттеджный поселок, архитектор создал главный въезд с двумя павильонами по бокам, Зал ста колонн и смотровую площадку, обрамленную извилистой скамьей с облицовкой в технике тренкадис – мозаикой из частиц мрамора, стекла и битой глазурованной плитки. По легенде, чтобы получить нужную форму сидений скамьи, Гауди просил рабочих по очереди садиться без штанов на свежий бетон.

А потом работа зависла – из 60 планируемых домов было построено два, и в 1922 м городской совет выкупил Гуэль, чтобы превратить его в общественный парк.

Собственно, от Гуэля архитектора отвлек другой, еще более грандиозный проект – собор Святого Семейства. Возглавив в 1884 г. строительство, Гауди в корне изменил идею своего предшественника – епархиального архитектора, не угодившего заказчику. План Гауди основывался на форме латинского креста с широкими поперечными нефами и высоким алтарем, окруженным семью алтарями поменьше. Главным украшением собора должна была стать 180 метровая Башня Христа. А вокруг нее Антонио задумал расположить еще три группы по четыре шпиля – символ 12 апостолов.

После закладки камня Гауди буквально поселился на стройке – идеи рождались одна за другой, на чертежи не хватало времени, и Восточный алтарь пришлось сооружать чуть ли не вручную. За 42 года Гауди создал фантастическое здание со спиральными лестницами, сотнями скульптур животных и растений, барельефами библейских сюжетов, мозаикой из венецианского стекла.

Гауди полностью посвятил себя архитектуре и всю жизнь прожил бобылем. Известно, что он оказывал знаки внимания только одной женщине – в 1884 году, Жозефе Моро, которая работала учительницей в рабочем кооперативе в Матаро. Но она не ответила взаимностью. После этого Гауди с головой ушел в религию. Считается, что архитектор был замкнутым, грубым и высокомерным человеком. Однако те, кто был с ним близок, утверждали: Гауди был верным другом – дружелюбным, вежливым и приятным в общении.

В молодости Гауди выглядел как денди: носил дорогие костюмы, его стрижка и борода всегда были безупречны. Он был гурманом, постоянно посещал театр и оперу, а строительные участки объезжал на собственном экипаже. В зрелом возрасте архитектор перестал следить за своей внешностью, неопрятно одевался и питался очень скромно. На улице его иногда принимали за нищего.

Однажды утром 73 летний Гауди, который не признавал транспорт, отправился пешком в церковь и… попал под трамвай. Не узнав известного архитектора, полиция доставила его в больницу для нищих, где 10 июня 1926 г. он и скончался. Спустя два дня его похоронили в крипте недостроенного им храма.

Из за отсутствия чертежей достроить собор оказалось крайне сложно. В 2010 г. храм был освящен Папой Римским и открыт для богослужений. По всей видимости, работу над ним завершат лишь к 2026 году.