Цитаты и афоризмы Сэмюэля Джонсона

Самюэл Джонсон, (1709—1784 гг.) писатель и лексикограф

Благими намерениями дорога в ад вымощена.

Богатство, быть может, порождает больше обвинительных приговоров, чем преступлений.

Больному следует приложить немало усилий, чтобы не быть негодяем.

Больше всего на свете женщины завидуют нашим порокам.

Брак может быть несчастлив лишь постольку, поскольку несчастна жизнь.

Вежливость — это одно из тех качеств, которое можно оценить по достоинству, лишь испытав неудобство от его отсутствия.

Величайшее искусство жизни заключается в том, чтобы выиграть побольше, а ставить поменьше.

Во всех изречениях точность приходится в известной мере приносить в жертву краткости.

Вот что значит принципиальный человек! В церкви не был уже много лет, но, проходя мимо, обязательно снимет шляпу.

Время и деньги — самое тяжкое бремя в жизни, поэтому самые несчастные из смертных — это те, у кого и того, и другого в избытке…

Все мы живем в надежде кому-нибудь угодить.

Все мы любим порассуждать на тему, которая нас нисколько не занимает.

В семьдесят семь лет пора стать серьезным.

Всякая самокритика — это скрытая похвала. Мы ругаем себя для того только, чтобы продемонстрировать свою непредвзятость.

В том, что непосредственно не связано с религией или моралью, опасно долгое время быть правым.

В этом мире еще многое предстоит сделать и немногое узнать.

Где начинается секретничанье или тайна, там не далек порок иль плутовство.

Гений чаще всего губит себя сам.

Гордость от сознания того, что тебе доверяют тайну, основной повод для ее разглашения.

Грусть лишь умножает самое себя. Так давайте же выполним свой долг и будем веселы.

Даже из шотландца может выйти толк — если отловить его молодым.

Даже остроумия ради никогда не следует выставлять себя в невыгодном свете, собеседники от души посмеются вашей истории, но, при случае, могут ее вам припомнить и вновь посмеяться — уже над вами.

Дилемма критика: либо обидеть автора, сказав ему правду, либо, солгав, унизить себя самого.

Для такого мелкого существа, каким является человек, мелочей быть не может. Только придавая значение мелочам, мы добиваемся великого искусства поменьше страдать и побольше радоваться.

Для усердия и искусства мало невыполнимого.

Доброта в нашей власти; увлечение — нет.

Доверие к самому себе — первое необходимое условие великих начинаний.

Доказательство подсказывает нам, на чем следует сосредоточить наши сомнения.

Если б не наше воображение, в объятиях горничной мы были бы так же счастливы, как и в объятиях герцогини.

Если бы боль не следовала за удовольствием, кто бы терпел ее?

Если ваш знакомый полагает, что между добродетелью и пороком нет никакой разницы, после его ухода нелишне пересчитать чайные ложки.

Если во второй раз пишешь на ту же самую тему, то поневоле противоречишь сам себе.

Если вы бездельничаете, избегайте одиночества; если же одиноки — не бездельничайте.

Если вы хотите обидеть мало-мальски образованного человека, не называйте его негодяем; скажите лучше, что он дурно воспитан.

Если хочешь любить долго, люби рассудком, а не сердцем.

Есть люди, которые всю свою жизнь не могут отвыкнуть от своей молодости.

Есть люди, с которыми мы охотно порвали бы, однако нам не хотелось бы, чтобы они порвали с нами.

Желания необходимы, чтобы жизнь постоянно находилась в движении.

Жизнь — это та пилюля, которую невозможно проглотить, не позолотив.

Жить — значит непрерывно двигаться вперед.

Зависть — постоянная потребность ума, редко поддающаяся лечению культурой и философией.

Завтрашний день — это старый плут, который всегда сумеет вас провести.

Закон есть высшее проявление человеческой мудрости, использующее опыт людей на благо общества.

Запоминать умеет тот, кто умеет быть внимательным.

Затруднение чаще всего — дитя лени.

Знание бывает двух видов. Мы сами знаем предмет — или же знаем, где найти о нем сведения.

Знание предмета для поэта то же, что прочность материала для архитектора.

Искусство афоризма заключается не столько в выражении какой-то оригинальной или глубокой идеи, сколько в умении в нескольких словах выразить доступную и полезную мысль.

Истина — это корова, которая не дает скептикам молока, предоставляя им доить быков.

Истинная цена помощи всегда находится в прямой зависимости от того, каким образом ее оказывают.

Истинное удовлетворение похвала доставляет лишь в том случае, если в ней во всеуслышание повторяется то, что шепчет нам на ухо гордыня…

Как бы быстро ни летело время, оно движется крайне медленно для того, кто лишь наблюдает за его движением.

Как правило, взаимная неприязнь — это прямое следствие намечавшейся симпатии.

Как правило, мужчине приятнее видеть накрытый к обеду стол, чем слышать, как его жена говорит по-гречески.

Клевета — это месть трусов.

Когда мужчина, который был очень несчастлив в браке, женится вновь сразу после смерти жены — это торжество надежды над опытом.

Когда мясник говорит вам, что сердце его обливается за родину кровью, он знает, что говорит.

Красота без доброты умирает невостребованной.

Кто хочет честно пройти свою жизнь, должен в молодости иметь в виду, что когда- нибудь он будет стариком, а в старости помнить, что и он когда-то был молод.

Легче переносить зло, чем причинять его; по той же причине бывает легче чувствовать себя обманутым, чем не доверять.

Лицемерят не ради удовольствия.

Логика — это искусство приходить к непредсказуемому выводу.

Любовь — это мудрость дурака и глупость мудреца.

Любопытство — одно из самых непреложных и очевидных свойств мощного интеллекта.

Люди не подозревают об ошибках, которых не совершают.

Можете мне поверить: по-настоящему навредить себе способны только мы сами.

Мы любим заглядывать через границы, которые не намерены нарушать.

Надо быть круглым идиотом, чтобы писать не ради денег.

Наше воображение переносится не от удовольствия к удовольствию, а от надежды к надежде.

Независимо от того, по какой причине вас оскорбили, лучше всего не обращать на оскорбление внимания — ведь глупость редко бывает достойна возмущения, а злобу лучше всего наказывать пренебрежением.

Некоторые хитрецы выбирают себе жен поглупее, надеясь командовать ими, и всегда ошибаются.

Нельзя ненавидеть человека, над которым можно посмеяться.

Немного в мире найдется людей, у которых тирания не вызывала бы восторга.

Несчастье умудряет человека, хотя и не обогащает его.

Нет на свете занятия более невинного, чем зарабатывать деньги.

Ничто так не способствует развитию скромности, как сознание собственной значимости.

Обездоленные лишены сострадания.

Обет — западня для добродетели.

Основное достоинство человека — умение противостоять себе самому.

От тлетворного дыхания критиков не задохнулся еще ни один гений.

От человека, которого невозможно развеселить, добрых дел ждать не приходится.

Ощущать свое умственное превосходство — это такое удовольствие, что не найдется ни одного умного человека, который променял бы ум на состояние, каким бы огромным оно ни было.

Перечитайте ваши собственные сочинения, и если вам встретятся превосходно написанные строки, безжалостно их вычеркивайте.

Писатели — вот истинная слава нации.

Писатель талантлив, если он умеет представить новое привычным, а привычное — новым.

Плохо, когда человеку не достает разума; но плохо вдвойне, когда ему недостает души.

Поверьте, если человек говорит о своих несчастьях, значит, тема эта доставляет ему определенное удовольствие — ведь истинное горе бессловесно.

Пока автор жив, мы оцениваем его способности по худшим книгам; и только когда он умер — по лучшим.

По любви обычно женятся лишь слабые люди.

По-настоящему принципиальны только самые непрактичные люди.

Посулы авторов — то же, что обеты влюбленных.

Похвала и лесть — это два гостеприимных хозяина; только первый поит своего гостя вдоволь, а второй спаивает.

Почему-то мир так устроен, что о свободе громче всех кричат надсмотрщики негров.

Праздной жизнью я живу не столько потому, что люблю общество, сколько потому, что избегаю самого себя.

Пример всегда воздействует сильнее, чем проповедь.

Примечания часто необходимы — но необходимость эта вынужденная.

Природа наделила женщину огромной властью, и нет поэтому ничего удивительного, что законы эту власть ограничивают.

Причина наших несчастий — не в сокрушительном ударе судьбы, а в мелких ежедневных неурядицах.

Просьбу, с которой обращаются робкие, неуверенные в себе люди, легко отклонить, ибо проситель словно бы сам сомневается в ее уместности.

Пусть лучше некоторые будут счастливы, чем никто, как это случилось бы при установлении полного равенства.

Разговор между стариком и молодым обычно кончается презрением и жалостью с обеих сторон.

Разнообразие — неисчерпаемый источник удовольствия.

Самая удачная беседа — это та, подробности которой на следующий день забываются…

Самолюбие — скорее заносчиво, чем слепо; оно не скрывает от нас наши просчеты, однако убеждает нас в том, что просчеты эти со стороны незаметны.

Семейное счастье — предел самых честолюбивых помыслов.

Скорбь — один из видов праздности.

Совет оскорбителен — не потому, что изобличает не замеченную нами ошибку, а потому, что другие, оказывается, знают нас не хуже, чем мы сами.

Создается впечатление, что все, сделанное умело, далось легко — не потому ли набивший руку художник отступает в тень?

Старость обычно хвастлива и склонна преувеличивать давно ушедшие в прошлое события и поступки.

Счастье — ничто, если его не с кем разделить, и очень немногое, если оно не вызывает зависти.

Там, где начинаются тайны, недалеко и до обмана.

Те, с кем мы делили радости, вспоминаются с удовольствием; тех же, с кем мы вместе переносили тяготы, — с нежностью.

Только рискуя честью, можно стремиться к почестям.

Тот, кто не чувствует боли, не верит в ее существование.

Тот, кто переоценивает себя, недооценивает других, а недооценивая, угнетает.

То, что написано без усилий, читается, как правило, без удовольствия.

То, что нельзя исправить, не следует и оплакивать.

Уважения мы оказываем ровно столько, сколько его требуют.

Умным хочет быть всякий; те же, кому это не удается, почти всегда хитрят.

Упрямое безрассудство — последнее прибежище вины.

Хранить свой секрет — мудро, но ждать, что его будут хранить другие, — глупо.

Человек, который не любит себя сам, не заслуживает и нашей любви.

Человек подчинится любой власти, которая освободит его от тирании своеволия и случайности.

Человеку в несчастье всегда кажется, что вы мало сочувствуете ему.

Чем больше я знаю людей, тем меньшего от них жду. Поэтому теперь добиться от меня похвалы гораздо легче, чем раньше.

Чем меньше недостатков у нас, тем терпимее мы относимся к недостаткам других.

Честность без знаний — слаба и бессмысленна, а знания без честности — очень опасны.

Что такое история человечества как не предлинное повествование о невоплотившихся замыслах и несбывшихся надеждах?

Я буду стремиться увидеть страдания мира, ибо зрелище это совершенно необходимо для счастья.

Язык — одежда мыслей.

Я не знаю ничего более приятного и поучительного, чем сравнивать опыт с ожиданием или отмечать разницу между идеей и реальностью.

Я никогда не испытывал желания побеседовать с человеком, который написал больше, чем прочел.

Безгрешный: лишенный возможности грешить.

В вашем труде много хорошего и оригинального, но то, что в нем хорошо, не оригинально, а то, что оригинально, нехорошо.

Вино плохо еще и тем, что заставляет нас принимать слова за мысли.

Воспоминания и предвидения заполняют почти все настоящее время.

Вся жизнь есть не что иное, как средство не думать о смерти.

Для великих и благородных умов любопытство — первая и последняя страсть.

Для поэта нет ничего бесполезного.

Думая о каких-либо произведениях долго, публика приучается думать о них верно.

Если человек утомлен Лондоном, значит, он утомлен жизнью.

Если юноша или человек средних лет, уходя, не может вспомнить, куда он положил свою шляпу, никто не обратит на это внимания; но если то же самое случится с человеком почтенного возраста, люди начнут пожимать плечами и говорить: «Да, с памятью у него совсем плохо».

Жизнь есть движение от желания к желанию, а не от обладания к обладанию.

Женщины постоянно завидуют нашим грехам; если они не так порочны, как мы, то не по собственному выбору, а потому, что мы им запрещаем.

Завтра — большой обманщик, и его обман никогда не теряет прелести новизны.

Задавать вопросы — плохой тон в беседе джентльменов.

Захватывающая история редко бывает совершенно правдивой.

Из всех видов шума музыка — наименее неприятный.

Каждый автор может рассчитывать на похвалу, но лексикограф может надеяться лишь на то, что избежит порицания.

Ирландцы — честный народ: доброго слова друг о друге не скажут.

Каждый из нас лентяй — или надеется стать им.

Каждый человек имеет право говорить то, что он считает правдой, а каждый другой человек имеет право поколотить его за это. Мученичество — вот критерий.

Кастрировать: изъять неприличные части книги.

Когда встречаются два англичанина, они заводят разговор о погоде.

Когда человек знает, что через две недели его повесят, это замечательно способствует концентрации мыслей.

Когда мне льстит тот, кому льстят все, я по-настоящему счастлив.

Когда мужчина говорит, что женщина доставила ему удовольствие, он не имеет в виду беседу.

Круглые числа всегда лгут.

Кто хвалит каждого, не хвалит никого.

Лошадь, умеющая считать до десяти, — замечательная лошадь, но не замечательный математик.

Лучше жить богатым, чем умереть богатым.

Люди более постоянны в своей ненависти, чем в любви.

Люди редко читают книги, которые им подарили.

Люди сделают все что угодно, просто чтобы иметь возможность об этом поговорить.

Мужчины знают, что женщины обладают превосходством над ними, и потому выбирают самых слабых и самых невежественных. Думай они иначе, они не боялись бы женщин, знающих столько же, сколько они сами.

Музыка — единственное безгрешное чувственное наслаждение.

Мы склонны верить тем, кого не знаем, потому что они нас никогда не обманывали.

Надежда есть разновидность счастья и, может быть, единственное счастье, возможное в этом мире.

Насколько легко дается мне воздержание, настолько же тяжело — умеренность.

Не задумывайся об уходе из этого мира прежде, чем мир будет сожалеть о твоем уходе.

Нет ничего слишком незначительного для такого незначительного создания, как человек.

Нигде так сильно не ощущаешь тщетность людских надежд, как в публичной библиотеке.

Никто не достиг величия благодаря подражанию.

Никто никогда ничего бы не сделал, если б сперва опроверг все возражения.

Обычная похвала дается взаймы, а лесть — это подарок.

Он был настолько учтив со всеми и каждым, что никто не был благодарен ему за это.

Он был по-новому глуп, и поэтому многие признали его великим. (О поэте Томасе Грее).

Он неверующий в том же смысле, что и собака; иначе говоря, он просто никогда не думал об этом.

Патриотизм — последнее прибежище негодяя.

Печально, но правда: теперь я знаю почти столько же, сколько знал в восемнадцать лет.

Повторный брак — это триумф надежды над опытом.

Подобно тому как мир есть цель войны, праздность есть конечная цель занятости.

Позвольте мне смеяться с мудрым и обедать с богатым.

Покровитель — это тот, кто равнодушно взирает на тонущего в волнах человека и, когда тот достигает берега, обременяет его своей помощью.

Потерянный рай — это книга, которую, однажды закрыв, уже очень трудно открыть.

Поэт может воспевать многих женщин, на которых он побоялся бы жениться.

Предрассудки не имеют разумных оснований, поэтому их нельзя опровергнуть разумными доводами.

Путы привычек обычно слишком слабы, чтобы их ощутить, пока они не станут слишком крепки, чтобы их разорвать.

Словари все равно что часы. Даже самые плохие лучше, чем никакие, и даже от самых лучших нельзя ожидать абсолютной точности.

Стоит ли жизнь того, чтобы жить? Это вопрос для эмбриона, не для мужчины.

Стыд — это страх перед людьми, совесть — страх перед Богом.

Супружество таит в себе немало мучений, но целибат не таит в себе никаких удовольствий.

Так как писать умели главным образом мужчины, все несчастья на свете были приписаны женщинам.

Тот, кого автор спрашивает, какого он мнения о его книге, подвергается пытке и не обязан говорить правду.

У меня есть две очень серьезные причины не публиковать список моих подписчиков: во-первых, я потерял все имена; во-вторых, я потерял все деньги.

Удовольствие, которое доставляет нам хороший собеседник, вовсе не зависит ни от его знаний, ни от его добродетели.

Цитаты из античных авторов — пароль образованных людей по всему свету.

Человек весьма склонен жаловаться на неблагодарность тех, кто его перерос.

Человек предпочтет, чтобы о нем рассказывали сто неправд, чем одну неприятную правду.

Человек, который гостит у другого неделю, на неделю превращает его в раба.

Человеческому уму свойственно перелетать не от удовольствия к удовольствию, а от надежды к надежде.

Чтобы усилить свой аргумент, нужно повысить голос.

Я живу, чтобы писать, и пишу, чтобы жить.

Я терпеть не могу человечество, потому что считаю себя одним из лучших его представителей и знаю, насколько я плох.

Я скорее доверю свои деньги безрукому, который физически не может украсть, чем человеку с самыми высокими принципами.

Я не желал бы жить с человеком, который лжет, когда трезв, и которого надо налить вином, чтобы вырвать у него слова правды.

Превосходство некоторых людей — чисто местное. Они велики, потому что окружающие их слишком малы.

Печаль может быть устранена любыми средствами, кроме пьянства.

Если человек на своем жизненном пути не приобретает себе новых знакомых, он скоро оказывается одиноким.

Красное вино — напиток для мальчишек, портвейн — для мужчин; но тот, кто стремится быть героем, должен пить бренди.

Мышь: животное, путь которого усеян упавшими в обморок женщинами.



Вместе с "Цитаты и афоризмы Сэмюэля Джонсона" можно почитать: