Цитаты В.О. Ключевского
Ключевский, Россия, УченыеРимские императоры обезумели от самодержавия; отчего императору Павлу от него не одуреть?
Романист, изображая чужие души, рисует свою; психолог, наблюдая свою душу, думает, что он изучает чужие.
Робкий, но не трусливый.
Русская интеллигенция скоро почувствует себя в положении продавщицы конфет голодным людям.
Русский простолюдин — православный — отбывает свою веру как церковную повинность, наложенную на него для спасения чьей-то души, только не его собственной, которую спасать он не научился, да и не желает. Как ни молись, а все чертям достанется. Это все его богословие.
Русский ум ярче всего сказывается в глупостях.
Русское духовенство всегда учило паству свою не познавать и любить Бога, а только бояться чертей, которых оно же и расплодило со своими попадьями.
Самое умное в жизни — все-таки смерть, ибо только она исправляет все ошибки и глупости жизни.
Самолюбивый человек тот, кто мнением других о себе дорожит больше, чем своим собственным. Итак, быть самолюбивым — значит любить себя больше, чем других, и уважать других больше, чем себя.
Самый верный и едва ли не единственный способ стать счастливым — это вообразить себя таким.
Самый злой насмешник — кто осмеивает собственные увлечения.
Самый непобедимый человек — это тот, кому не страшно быть глупым.
Семейные ссоры — штатный ремонт ветшающей семейной любви.
Сидят на штыках, покрыв их газетой.
Сколько времени нужно людям, чтобы понять прожитое ими столетие? Три столетия. Когда человечество поймет смысл своей жизни? Через 3 тысячи лет после своей смерти.
Славянофильство — история двух-трех гостиных в Москве и двух-трех дел в московской полиции.
Сладострастие есть не что иное, как властолюбивое самолюбие, разыгранное на женских прелестях.
Смерть — величайший математик, ибо безошибочно решает все задачи.
Смотря на них, как они веруют в Бога, так и хочется уверовать в черта.
Спорт становится любимым предметом размышления и скоро станет единственным методом мышления.
Среднему статистическому пошлому человеку не нужна, даже тяжела религия. Она нужна только очень маленьким и очень большим людям: первых она поднимает, а вторых поддерживает на высоте. Средние пошлые люди не нуждаются ни в подъеме, потому что им лень подниматься, ни в опоре, потому что им некуда падать.
Старики не родятся, а только умирают и, однако, все не переводятся.
Статистика есть наука о том, как, не умея мыслить и понимать, заставить делать это цифры.
Схоластика — точильный камень научного мышления: на нем камни не режут, но об камень вострят.
Счастлив, кто может жену любить как любовницу, и несчастлив, кто любовнице позволяет любить себя как мужа.
Счастье не в том, чтобы прожить благополучно, а в том, чтобы понять и почувствовать, в чем может оно состоять.
Счастье не действительность, а только воспоминание:
счастливыми кажутся нам наши минувшие годы, когда мы могли жить лучше, чем жилось, и жилось лучше, чем живется в минуту воспоминаний.
Тайна искусства писать — уметь быть первым читателем своего сочинения.
Театральные слезы отучают от житейских.
Только в математике две половины составляют одно целое.
В жизни совсем не так: например, полоумный муж и полоумная жена — несомненно две половины, но в сложности они дают двух сумасшедших и никогда не составят одного полного умного.
Торжество исторической критики — из того, что говорят люди известного времени, подслушать то, о чем они умалчивали.
Труд ценится дорого, когда дешевеет капитал. Ум ценится дорого, когда дешевеет сила.
У артистов от постоянного прикосновения к искусству притупляется эстетическое чувство, заменяясь эстетическим глазомером.
У них мысль не ведет за собой слов, а с трудом догоняет их.
Ум гибнет от противоречий, а сердце ими питается. Можно ненавидеть человека, как подлеца, а можно умереть за него, как за ближнего.
Уметь разборчиво писать — первое правило вежливости.
Ученые диссертации, имеющие двух оппонентов и ни одного читателя.
Ученые издатели — половые науки, которые не варят и не кушают, а только подают кушанье.
Фанатизм во имя порядка готов внести анархию.
Характер — власть над самим собой, талант — власть над другими.
Хорошая женщина, выходя замуж, обещает счастье, дурная — ждет его.
Хотеть быть чем-то другим, а не самим собой — значит хотеть стать ничем.
Христы редко являются, как кометы, но Иуды не переводятся, как комары.
Цари — те же актеры с тем отличием, что в театре мещане и разночинцы играют царей, а во дворцах цари — мещан и разночинцев.
Цыгане известности — они известны только за границей, потому что у них нет отечества.
Человек — это величайшая скотина в мире.
Человек работал умно, работал и вдруг почувствовал, что стал глупее своей работы.
Человек, пользуясь разумом, умеет поступать неразумно вопреки инстинкту.
Чтобы быть хорошим преподавателем, нужно любить то, что преподаешь, и любить тех, кому преподаешь.
Чтобы быть ясным, оратор должен быть откровенным.
Чтобы защитить отечество от врагов, Петр опустошил его больше всякого врага.
Чтобы согреть Россию, они готовы сжечь ее.
Чтобы уметь быть злым, надобно выучиться быть добрым; иначе будешь просто гадким.
Чужой западноевропейский ум призван был нами, чтобы научить нас жить своим умом, но мы попытались заменить им свой ум.
Эгоисты всех больше жалуются на эгоизм других, потому что всего больше от него страдают.
Я слишком стар, чтобы стареть: стареют только молодые.