Цитаты и афоризмы Генри Бокля

Генри Томас Бокль, 1821-1862 гг. Историк, социолог-позитивист, представитель географической школы в социологии.

Анализировать взгляды, в которых мы выросли, и бросать те из них, которые не выдержат испытания, – настолько тяжелая задача, что те, кто отступает перед ней, не должны были бы делать упреков тем, кто проделывает ее.

В поисках специальных истин мы подвергаемся немалой опасности исковеркать собственный дух. Направляя свое внимание исключительно в одну точку, мы легко можем ограничить нашу способность схватывать вещи и никогда не достигнем той дальнозоркости, которую дает нам широкий, хотя, быть может, и менее точный взгляд.

В характере народа непоследовательность невозможна.

Величайший враг знания – не заблуждение, а косность. Одно заблуждение борется с другим, каждое разрушает своего противника, и из борьбы рождается истина.

Влияние женщин не дало жизни сделаться исключительно практичной и эгоистичной, спасло ее от вырождения в скучную и однообразную рутину, вдохнув в нее идеалистический и романтический элемент.

Во всех высших отраслях знания самая главная трудность состоит не в отыскании явлений, а в нахождении истинного метода, с помощью которого можно было бы установить законы явлений.

Встарь богатейшими странами были те, природа которых была наиболее обильна; ныне же богатейшие страны – те, в которых человек наиболее деятелен.

Дайте нам парадоксы, дайте нам ошибочные мнения, дайте нам что хотите, лишь бы избавить нас от закоснелости.

Единственное лекарство против суеверия – это знание. Ничто другое не может вывести этого чумного пятна из человеческого ума. Без знания прокаженный остается немытым и раб неосвобожденным.

Если в длинном течении истории что нибудь ясно, так это именно то, что если правительство и берет на себя защиту работы духа, оно защищает его не там, где надо, и награждает не тех людей, которых надо.

Законодатель должен стремиться не к истине, а к целесообразности.

Знание – не инертный, пассивный посетитель, приходящий к нам, хотим мы этого или нет; его нужно искать прежде, чем оно будет нашим; оно – результат большой работы, и потому – большой жертвы.

Искусство обладает способностью изменять события; наука – предвидеть их.

Истинное знание состоит не в знакомстве с фактами – это создает только педанта, а в умении пользоваться фактами это создает философа.

Каждая великая реформа состояла не в том, что вводилось что нибудь новое, а в том, что уничтожалось что нибудь старое.

Когда умами овладевает мысль, что источник чести находится извне, а не внутри, внешнее отличие всегда предпочитается чувству внутренней силы.

Кто пресмыкается перед высшим, сам топчет тех, кто ниже его.

Люди, которые начинают с потери своей независимости, кончают потерей своей энергии.

Люди никогда не могут быть свободны, если не воспитаны для свободы. И это не есть то воспитание, которое может быть приобретено в школах или заимствовано из книг, но то, которое является результатом самодисциплины, самоуважения и самоуправления.

Люди, убеждаемые живым сознанием собственного современного прогресса, начинают уставать от пустой болтовни о мудрости предков и решительно отбрасывают заезженные и скучные максимы, доныне навязываемые им.

Мы часто встречаем людей, ученость которых служит орудием их невежеству, – людей, которые чем больше читают, тем меньше знают.

На одного человека, способного мыслить, найдется, по крайней мере, сто, способных наблюдать. Меткий наблюдатель, несомненно, встречается редко, но глубокий мыслитель – еще реже.

Надежда открыть закономерность в хаотичности так обыкновенна у людей науки, что для наиболее выдающихся из них она становится верованием.

Наиболее тонкий наблюдатель и наиболее глубокий мыслитель всегда самые снисходительные судьи; лишь одинокий мизантроп, терзаемый воображаемыми страданиями, склонен обесценивать хорошие особенности человека и преувеличивать дурное.

Направление и желание современного законодательства сводится к тому, чтобы вернуть вещи к их естественному ходу течения, из которого их вывело невежество старого законодательства.

Народы, как и отдельные люди, никогда не могут лишиться чести, пока они остаются верными себе.

Не только светские люди, но и люди здравого, практичного ума большей частью смотрят на гениальность как на какое то странное, ненормальное качество, которое, правда, прекрасно с виду, но которым опасно обладать: своего рода искрящееся пламя, сжигающее свет.

Несчастье может быть принесено другими, но унижен народ может быть только своими собственными деяниями. Иноземный разрушитель может причинить вред, но не может создать позор.

Ни одна великая истина, однажды открытая, никогда не пропадала, и ни одно существенное открытие не делалось без того, чтобы рано или поздно не увлечь всё за собою.

Ни одна страна не может долго наслаждаться счастьем и спокойствием, если народ ее не увеличивает постепенно свою власть, не расширяет своих прав и, так сказать, не внедряется в жизнь государственной машины.

Общество готовит преступление, преступник его совершает.

Патриотизм является коррективом суеверия: чем более мы преданы нашей стране, тем меньше мы преданы нашей секте.

Поэтическое преклонение перед древностью, хотя уже давно ослабло, все еще стесняет независимость, ослепляет суждение и ограничивает оригинальность образованных классов.

Пытаться изменить взгляды законами хуже, чем бесполезно. Эти попытки не только остаются без успеха, но вызывают реакцию, благодаря которой взгляды только усиливаются.

Разум, а не вера должен решать нам выбор в предметах религии, и одним только разумом можем мы отличить истину от лжи.

Свои воззрения мы должны черпать не из предания, а из нас самих. Мы не должны ни о чем судить, о чем у нас нет ясного и отчетливого представления.

Способности человека, насколько учит нас опыт и аналогия, безграничны; нет никакого основания полагать даже какой нибудь воображаемый предел, на котором остановится человеческий ум.

Та же духовная власть, что приносит несомненную пользу невежественному веку, является серьезным злом для более просвещенного века.

Те, кто не чувствуют мрака, никогда не будут искать света.

Только одинокий человеконенавистник, ушедший в свои воображаемые страдания, всегда склонен уменьшать хорошие стороны людей и преувеличивать дурные.

У всех религий разные мерки и разные правила; известное мнение господствует в известное время, другое – в другое. Они проходят, как сон, это – создания фантазии, от которых не остается даже намеков.

Упрощать сложное – во всех отраслях знания самый существенный результат.

Холодный дух рутины – ночная сторона нашей природы. Он сидит на человеке как паразит, притупляет его способности, уничтожает его силу и делает его неспособным и в то же время не склонным ни бороться за истину, ни сознательно отнестись к содержанию своей веры.

Чтобы стать терпеливыми, люди должны сначала научиться сомневаться, чтобы уметь уважать мнения противников, они должны сначала признать возможность ошибок в собственных мнениях.

Явления, с которыми мы имеем дело, покоряются искусству, но предсказываются наукой.



Вместе с "Цитаты и афоризмы Генри Бокля" можно почитать: