Притча о долголетии Гиллеля

Был такой случай. Двое заспорили о том, можно ли рассердить Гиллеля.
– Уж я то выведу знаменитого учителя из терпения! – говорил один.
Побились об заклад в четыреста зуз. Было это в канун субботы, Гиллель собирался мыться. Подошел тот, кто собирался рассердить его, к двери дома Гиллеля и закричал:
– Кто здесь Гиллель? Кто здесь Гиллель?
Оделся Гиллель, вышел и спросил пришедшего:
– Что тебе угодно, сын мой?
– Хочу спросить тебя.
– Спрашивай, дитя мое, спрашивай.
– Отчего у вавилонян головы неправильной формы?
– Сын мой, – сказал Гиллель, – важный вопрос задал ты мне, и я отвечу: оттого, что у вавилонян нет хороших повивальных бабок.
Спрашивавший ушел. Но через некоторое время вернулся и снова закричал:
– Кто здесь Гиллель?
Оделся Гиллель и вышел к нему.
– Чего хочешь ты, сын мой?
– Хочу задать вопрос.
– Спрашивай, сын мой, спрашивай.
– Отчего у тармудян глаза больные?
– Важный вопрос, сын мой, задал ты мне, и я отвечу: оттого, что они живут в песчаных местностях.
Ушел спрашивавший, но вскоре вернулся и закричал:
– Кто здесь Гиллель?
Оделся Гиллель и вышел к нему.
– Что угодно тебе, сын мой?
– Хочу задать вопрос.
– Спрашивай, дитя мое, спрашивай.
– Отчего у апракийцев ступни широкие?
– Важный вопрос задал ты мне, сын мой, и я отвечу: оттого, что они живут среди болот.
– У меня еще много вопросов, но боюсь рассердить тебя.
– Спрашивай обо всем, как пожелаешь, и я отвечу!
– Тот ли ты Гиллель, которого величают князем израильским?
– Да.
– Пусть же не будет много тебе подобных в Израиле!
– Почему, сын мой?
– Потому что из за тебя я потерял четыреста зуз – мне не удалось тебя рассердить.
– Будь же впредь осмотрительней. Ты не раз четыреста зуз потеряешь, а рассердить Гиллеля тебе не удастся.