Литература — это искусство писать то, что будет прочитано дважды, а журналистика — то, что может быть схвачено с первого раза.
Книги, не написанные мной, лучше, чем книги, написанные другими.
Книга при своем появлении никогда не бывает шедевром: она им становится.
Даже величайший шедевр литературы — всего лишь приведенный в беспорядок словарь.
Бестселлер — позолоченное надгробие заурядного таланта.
Читателю хорошо — он может сам выбирать писателя.
Многие люди вообще не читают книг, а только их рецензируют.
Любой исторический роман превосходно изображает эпоху, в которой живет его автор.
На многих литературных творениях следовало бы указывать срок годности.
Книги, говорят нам, должны наставлять и развлекать. Ничего подобного! Настоящая литература демонстрирует силу, ненастоящая — осведомленность.
Первенствует та литература, что апеллирует к простейшим чувствам, а не та, что копается в сложных мыслях.
Издать книгу стихов — все равно что уронить лепесток розы в Гранд Каньон и ждать эха.
Я написал шесть книг; они совсем неплохи для человека, который прочитал всего две.
Я пишу прозу, потому что это позволяет мне высказывать мысли, от которых можно отречься, и я пишу пьесы, потому что диалог — самый благопристойный способ противоречить себе самому.
Ни один жанр литературы не содержит столько вымысла, сколько биографический.
Книги — голоса далеких и усопших: они делают нас наследниками духовной жизни минувших веков.
Следует писать так, как говоришь, и не говорить так, как пишешь.
Хорошая библиотека есть книжное отражение вселенной.
Бестселлер: книга, которую хорошо раскупают потому, что она хорошо продавалась.
Не знаю, в самом ли деле Бэкон написал все пьесы Шекспира, но если он этого не сделал, он упустил величайший шанс своей жизни.
Если бы к моим ногам положили короны всех королевств мира взамен моих книг и моей любви к чтению, я отверг бы их все.
Человек с хорошей книгой в руках никогда не может быть одиноким.
Интересы писателя и интересы читателя никогда не совпадают — разве что по удачному стечению обстоятельств.
Читатели могут изменять писателю сколько угодно, писатель же должен быть верен читателю всегда.
Продолжить чтение «»
Если книга возвышает душу, вселяя в нее мужество и благородные порывы, судите ее только по этим чувствам: она превосходна и создана рукой мастера.
В конечном счете, лишь благодаря ревностному служению единиц, хорошие книги становятся классическими.
Не будем пренебрегать формой в литературе. Ведь это кубок, куда наливается вино.
В известном смысле своим благополучием литература обязана критике. Вернее так: хорошая критика литературе полезна, плохая — вредна. С другой стороны, только хорошая литература может иметь хороших критиков.
Продолжить чтение «»
Книга — памятник ушедшим в вечность умам.
Книги — корабли мысли, странствующие по волнам времени и бережно несущие свой драгоценный груз от поколения к поколению.
Есть книги, которые надо только прочитать, есть такие, которые лучше всего проглотить, и лишь немногие стоит разжевать и переварить.
Совершенно невозможно написать произведение, которое удовлетворило бы всех читателей.
Всякая литература, не имеющая целью совершенство, мораль, идеал, словом, что‑либо полезное, есть литература рахитическая, нездоровая, мертворожденная.
Каждый может написать трехтомный роман. Все, что для этого нужно, — совершенно не знать ни жизни, ни литературы.
В литературе каждый норовит что‑нибудь открыть или изобрести, и кто не может изобрести стихи, тот изобретает поэтов.
В чем разница между журналистикой и литературой? Журналистику не стоит читать, а литературу не читают.
Журналистика — это организованное злословие.
В прежнее время книги писали писатели, а читали читатели. Теперь книги пишут читатели и не читает никто.
Книга, которая не стоит того, чтобы ее читать дважды, не стоит и того, чтобы читать ее и один раз.
Когда писатели заметили, что жизнь подражает плохим романам, они ударились в чистый вымысел.
Литература — это всегда преувеличение, всегда драматизация. И тому, кто поглощен ею, грозит искус взяться за непосильные ритмы.
В книгах заключено особое очарование; книги вызывают в нас наслаждение: они разговаривают с нами, дают нам добрый совет, они становятся живыми друзьями для нас.
Любовно‑исторические романы – единственный вид печатной продукции, где невинность чего‑то стоит.
Мужчина может написать роман без единого женского персонажа, если не считать квартирной хозяйки или лошади; но женский роман без мужчин невозможен.
Опасность, горшая, чем снобизм, — когда литература становится насущным хлебом и необходимостью.
Так называемые парадоксы автора, шокирующие читателя, находятся часто не в книге автора, а в голове читателя.
Каждый интеллигентный человек должен как следует прочесть за свою жизнь восемь-десять книг. Каких именно? А вот чтобы узнать это, прочтите тысяч пятнадцать томов.
Есть книги, которые освобождают читателя, и есть – в которых раскрепощается автор.
Литература рождается из глубины народной души.
Никогда не суди об обложке по ее книге.
Из всех проявлений человеческого творчества самое удивительное и достойное внимания — это книги. В книгах живут думы прошедших времён; внятно и отчётливо раздаются голоса людей, прах которых давно разлетелся, как сон. Всё, что человечество совершило, передумало, всё, чего оно достигло, — всё это сохранилось, как бы волшебством, на страницах книг.
Продолжить чтение «»
Литература — дело глубоко ответственное и не требует кокетства дарованиями.
Книга — она вещь мёртвая, её как хочешь бери, рви, ломай — она не закричит. А жизнь, чуть ты по ней неверно шагнул, неправильно место в ней себе занял, — тысячью голосов заорёт на тебя, да ещё и ударит, с ног собьёт.
Продолжить чтение «»
Произведения, написанные с удовольствием, обычно бывают самыми удачными, как красивыми бывают дети, зачатые в любви.