Двадцать три года, и ничего не сделано для бессмертия

Из пьесы «Дон Карлос» (действ. 2, явл. 2) немецкого драматурга Иоганна Фридриха Шиллера (1759—1805), слова дона Карлоса. Но свидетельств, что реальный дон Карлос (1545—1568), сын испанского короля Филиппа II, когда-либо произносил эти слова, нет.

Возможно, что выражение восходит к известному эпизоду, описанному античным историком Плутархом («Гай Цезарь»): «Читая на досуге что-то из написанного о деяниях Александра (Македонского. — Сост.), Цезарь погрузился на долгое время в задумчивость, а потом даже прослезился.

Когда удивленные друзья спросили его о причине этого, он ответил: «Неужели вам не кажется недостаточной причиной печали то, что в моем возрасте Александр уже правил столькими народами, а я до сих пор еще не совершил ничего блестящего?»

Этот же эпизод передает и римский историк Светоний в своем труде «Жизнь двенадцати цезарей» («Божественный Юлий»).

Смысл выражения: сожаление о том, что не сделано ничего примечательного, чтобы обессмертить и прославить свое имя, войти в Историю.

Я никогда толком не мог понять, как это обвиняют людей, вроде Огарева, в праздности… Помню я, что еще во времена студентские мы раз сидели… за рейнвейном; он становился мрачнее и мрачнее и вдруг, со слезами на глазах, повторил слова Дон Карлоса, повторившего в свою очередь слова Юлия Цезаря: «Двадцать три года, и ничего не сделано для бессмертия!». Его это так огорчило, что он изо всей силы ударил ладонью по зеленой рюмке и глубоко разрезал себе руку.
(А. И. Герцен, Былое и думы, 4, 25).

Близкие темы
Популярно:
Комментарии:




^