Нас оценивают либо слишком высоко, либо недостаточно высоко; нас никогда не принимают по нашей реальной ценности.
Нас привязывают к жизни те, кому мы служим опорой.
Не требуйте от женщин правдивости, пока вы воспитываете их в уверенности, что главная цель их жизни – нравиться.
Любовь побеждает смерть; но маленькая дурная привычка порой побеждает любовь.
Чем больше любишь себя самого, тем больше становишься своим единственным другом.
Страсть – всегда страдание, даже та, что дает наибольшее удовлетворение.
Большая часть людей требует больше любви, чем заслуживает.
Смирение — это неуязвимость.
Даже самые суровые порицания не ранят, если чувствуешь, что порицающему было бы приятней хвалить.
Порицание не мешает выслушать и от первого встречного; хвалу же от человека хорошо выслушать, только присмотревшись к нему поближе.
Продолжить чтение «»
Хранить верность — это достоинство, познать верность — это честь.
Тот, кто не может отказать себе ни в одном удовольствии, никогда не узнает счастья.
Старость либо преображает, либо превращает в камень.
Самый заклятый враг права — привилегии.
Право сильного — это самое большое бесправие.
Плох тот воспитатель детей, который не помнит своего детства.
Отличительная черта великих людей состоит в том, что к другим они предъявляют гораздо меньше требования, чем к самим себе.
Неподражаемое как раз и вызывает большинство подражателей.
Некоторые люди родились лишь для того, чтобы придираться.
Наибольшее снисхождение проявляет тот, кто к себе никакого снисхождения не требует.
Многие из тех, кто считает себя донжуанами, — всего только фавны.
Иные жёны питают к своим мужьям такую же слепую и загадочную любовь, как монашенки — к своим монастырям.
Женщина, которая не в состоянии влиять на своего мужа, — это гусыня. Женщина, которая не хочет на него влиять, — святая.
Даже самый скромный человек думает о себе лучше, чем думает о нём его лучший друг.
Даже самый простой человек всё ещё остаётся существом необычайно сложным.
Величие состоит в том, чтобы без зависти наблюдать, как другие добиваются успехов, к которым сам стремишься.
Любовь — страдания, безлюбие — смерть.
В ревматизм и в настоящую любовь не верят до первого приступа.
Бывают люди с умом сияющим и люди с умом сверкающим: первые просветляют, последние же ослепляют.
Безнадёжная любовь делает мужчину жалким, а женщину — заслуживающей жалости.
Грубость — это духовная слабость.
Сколько бы мы ни платили за свои прекрасные иллюзии, мы не остаемся в убытке.
Даже самый необыкновенный человек должен выполнять свои обыкновенные обязанности.
Если мода сделалась общей, значит, она отжила.
Кто понимает лишь то, что можно объяснить, понимает немногое.
Наименьшие грешники приносят наибольшее покаяние.
Наивных мужчин больше, чем наивных женщин.
Неудачи других кажутся нам совершенно естественными, но вот почему нам не везёт — этого мы не можем понять.
Посредственное всегда находится в состоянии самообороны по отношению к превосходному.
Насмешка кончается там, где начинается понимание.
Как счастливы пессимисты! Какую радость они испытывают, когда оказывается, что радости нет.
Очарование — это излучение внутренней гармонии.
Понимать — значит духовно дотронуться, проникать — значит духовно овладеть.
Сломанные часы дважды в сутки показывают верное время и по прошествии нескольких лет могут похвастаться длинным рядом успехов.
Сила воли слабых называется упрямством.
Терпение — это дитя силы, упрямство — плод слабости, а именно слабости ума.
Неудачи других кажутся нам совершенно естественными, но вот почему нам не везет — этого мы не можем понять.
Мы так суетны, что придаем значение тому, что думают о нас люди, которым мы не придаем значения.
Чем безрассуднее надежда, тем долговечнее.
Неразговорчивые всегда импонируют. Трудно поверить. что человеку нечего скрывать, кроме своего ничтожества.
Все исторические законы имеют свой срок давности.
В каждом удачном браке сердечные отношения кончаются дружбой.
Многие браки представляют собой состояние, в котором двое не могут долго выдержать ни друг с другом, ни друг без друга.
Плохо, если супруги заставляют друг друга скучать, но куда хуже, если лишь один из них заставляет скучать другого.