Есть ли что‑либо хуже, чем дружба безобразной женщины? Да – это дружба прекрасной женщины.
Трагедию порождает столкновение двух равно законных, имеющих равное право на жизнь сил. Следовательно, слабая трагедия — та, что вводит в действие силы незаконные. Следовательно, сильная трагедия — та, что узаконивает все.
Всякое свершение обрекает на рабство. Оно обязывает к более высоким свершениям.
Безразличие — это смерть души еще при жизни.
Если абсурд и существует, то лишь во вселенной человека.
Оправдание абсурдного мира может быть только эстетическим.
Малодушие всегда найдёт себе философское оправдание.
Всякое общество держится на аристократии, ибо суть аристократизма является требовательность к самому себе, а без такой требовательности любое общество гибнет.
Вечное искушение, против которого я непрестанно веду изнурительную борьбу, — цинизм.
Ответственность перед историей освобождает от ответственности перед людьми.
Стареть — значит переходить от чувств к сочувствию.
Свободен тот, кто может не лгать.
Первое дело разума — отличать истинное от ложного.
Очарование — это способ получить ответ «да», не задавая вопроса.
Настоящая щедрость по отношению к будущему заключается в том, чтобы всё отдавать настоящему.
Мышление — это новое сотворение мира.
Жить страстями может только тот, кто подчинил их себе.
Главная способность человека — способность к забвению. Но справедливости ради следует заметить, что он забывает даже то добро, которое сам сотворил.
Гениальность может оказаться лишь мимолётным шансом. Только работа и воля могут дать ей жизнь и обратить её в славу.
Гений, в высшем своем воплощении, творит ради того, чтобы в глазах людей и в своих собственных обрёл достоинство последний из горемык на самой мрачной каторге.
Высшая добродетель заключается в том, чтобы задушить свои страсти. Добродетель более глубокая заключается в том, чтобы привести их в равновесие.
Всякая философия — самооправдание. Оригинальной была бы только философия, оправдывающая другого человека.
Философия — современная форма бесстыдства.
В искусстве любая доктрина — это алиби, которым художник пытается оправдать собственную ограниченность.
Величие искусства и состоит в этой вечной напряжённой раздвоенности между красотой и страданием, любовью к людям и страстью к творчеству, мукой одиночества и раздражением от толпы, бунтом и согласием. Искусство балансирует между двумя пропастями — легкомыслием и пропагандой. На гребне хребта, по которому идёт вперёд большой художник, каждый шаг — приключение, величайший риск. В этом риске, однако, и только в нём заключается свобода искусства.
Продолжить чтение «»
Болезнь — это крест, но, может, и опора. Идеально было бы взять у неё силу и отвергнуть слабости. Пусть она станет убежищем, которое придаёт силу в нужный момент. А если платить нужно страданием и отречением — заплатим.
Бедность — это такое состояние, при котором щедрость является добродетелью.
Любовь – это несправедливость, но справедливости тут недостаточно.
Любовь, которая не выдерживает столкновения с реальностью, — это не любовь. Но в таком случае неспособность любить — привилегия благородных сердец.
Продолжить чтение «»
Нет такого тяжкого преступления, на которое умный человек не чувствовал бы себя способным. Согласно Жиду, великие умы не поддаются этому искушению, потому что это бы их ограничило.
С плохой репутацией жить легче, чем с хорошей, ибо хорошую репутацию тяжело блюсти, нужно все время быть на высоте — ведь любой срыв равносилен преступлению. При плохой репутации срывы простительны.
Человеческое сердце обладает досадной склонностью именовать судьбой только то, что его сокрушает.
В человеке всегда есть нечто, отвергающее любовь. Это та часть его существа, которая хочет умереть. Именно ей необходимо прощение.
Неизбежно только одно: смерть, всего остального можно избежать. Во временном пространстве, которое отделяет рождение от смерти, нет ничего предопределенного: все можно изменить и можно даже прекратить войну и жить в мире, если желать этого как следует — очень сильно и долго.
Человек без надежды, осознав себя таковым, более не принадлежит будущему.
Чем трагичнее удел человека, тем более непреклонной и вызывающей становится надежда.
Ответственность перед историей освобождает от ответственности перед людьми. В этом ее удобство.
До тех пор пока человек не совладал с желанием, он не совладал ни с чем.
Я удалился от мира не потому, что имел врагов, а потому, что имел друзей. Не потому, что они вредили мне, как это обычно бывает, а потому, что считали меня лучшим, чем я есть. Этой лжи я вынести не мог.
В молодости я требовал от людей больше, чем они могли дать: постоянства в дружбе, верности в чувствах. Теперь я научился требовать от них меньше, чем они могут дать: быть рядом и молчать. И на их чувства, на их дружбу, на их благородные поступки я всегда смотрю как на настоящее чудо — как на дар Божий.
Альбер Камю родился 7 ноября 1913 года во Французском Алжире, в городе Мондови (ныне Дреан), в семье бедного сельскохозяйственного рабочего. Менее чем через год после его рождения отец погиб на фронте во время Первой мировой войны, и семья переехала в рабочий квартал Алжира, где будущий писатель жил в крайней бедности. Благодаря школьному учителю, который помог получить стипендию, Камю смог поступить в лицей, а затем изучать философию в Алжирском университете, где в 1936 году защитил дипломную работу о неоплатонизме и христианской мысли. В студенческие годы он переболел туберкулёзом, что надолго прервало его учёбу и поставило крест на занятиях спортом.