В русской литературе и культуре едва ли найдётся более хрестоматийный и узнаваемый образ, чем Митрофан — главный герой блистательной сатирической комедии Дениса Ивановича Фонвизина «Недоросль», увидевшей свет в 1782 году. Этот шестнадцатилетний «недоросль», то есть молодой дворянин, ещё не поступивший на государственную службу, является живым воплощением целой системы извращённого воспитания, невежества и морального упадка.
Митрофанушка (уменьшительно-уничижительная форма, подчёркивающая его инфантильность) — сын помещицы Простаковой, существо абсолютно избалованное, капризное и ленивое. Его мир ограничен сытной едой, голубятней и бездельем. Любая попытка приобщить его к учению — а его «учителя» (бывший кучер Цыфиркин, отставной солда́т и семинарист Кутейкин) сами являются жалкими неучами — наталкивается на полное отторжение. Его знаменитая реплика «Не хочу учиться, а хочу жениться» — это не просто детский каприз, а сформулированная жизненная философия, где брак видится лишь как способ получить новые имения и продолжить жизнь в праздности.
Однако глупость Митрофана — не врождённая, она закономерный плод уродливого воспитания. Его мать, жестокая и властная невежда, душит сына животной любовью, поощряя в нём самые низменные черты: лень, чревоугодие, хамство и полное неуважение к окружающим, включая собственного отца. Она растит его не гражданином и не просвещённым человеком, а эксплуататором, видящим в крепостных скот, а в родне — помеху или источник дохода. Его знаменитая фраза в адрес дяди: «Да отвяжись, матушка, как навязалась!» — стала апофеозом чёрной неблагодарности.
Именно поэтому имя «Митрофан» (чаще «Митрофанушка») давно стало нарицательным и прочно вошло в русский язык. Оно употребляется для ироничного или уничижительного обозначения взрослеющего или уже взрослого человека, который остаётся глупым, ленивым, избалованным невеждой, совершенно неприспособленным к жизни и не желающим ничему учиться. Этот образ пережил века, потому что, к сожалению, явление «митрофанушки» — продукт дурного воспитания в атмосфере потакания, праздности и презрения к знанию — остаётся вечно актуальным. Он служит грозным предупреждением о том, во что может превратиться человек, лишённый разумного труда, нравственных ориентиров и настоящей, а не слепой родительской любви.