Мораль несколько сродни поэзии: нравственная жизнь — это поэма, воплощенная в действительности. Высокие поступки, некогда служившие источником вдохновения для эпопей, являются сами по себе эпопеями, и никакая поэма их не стоит.
Конечная цель морали должна заключаться в том, чтобы дать наибольшую возможность осуществить идеалы.
То, что хорошо в политике, не может быть дурно в морали.
Мораль дает общие принципы поведения, оставляя без внимания конкретные обстоятельства.
Нет иной морали, кроме той, которая основана на принципах разума и вытекает из естественной склонности человека к добру.
Мы делаем из нужды добродетель — так возникает мораль.
Что действительно аморально, так это употребление этических понятий типа справедливое, несправедливое, заслуга, вина.
Политика — это общественная мораль, мораль — это частная политика.
Мораль должна быть не целью, но следствием художественного произведения.
Моральная необходимость мало мешает свободе, ибо кто выбирает наилучшее, то он от этого не становится менее свободен; наоборот, самая совершенная свобода скорее состоит именно в том, чтобы ничто не мешало действовать наилучшим образом.
Мораль — не перечень поступков и не сборник правил, которыми можно пользоваться, как аптекарскими или кулинарными рецептами.
Мораль не знает абсолютных целей и, значит, абсолютных правил поведения, независимых от последствий. Она не знает фиксированных условий счастья.
Мораль — это слабость мозгов.
Да, ни в богатстве, ни во власти
Нет без морали людям счастья.
Аморальность мужчины берет верх над безнравственностью женщины.
Моральные правила не должны мешать инстинктивному счастью.
Человек, обладающий совершенными моральными качествами, ничего не обретает; большой человек лишен самого себя.
Моральный урок лучше выражается короткой фразой, чем пространным рассуждением.
Идеология и мораль мещан направлены к тому, чтобы возможно туго и крепко связать волю и разум человека, направленные в сторону коллективизма.
Мораль буржуазного мира — это мораль жадности, приспособленной к жадности.
Мораль есть учение не о том, как мы должны сделать себя счастливыми, а о том, как мы должны стать достойными счастья.
Моральное равнодушие — болезнь слишком образованных людей.
Внеобщественный человек не может иметь морали.
Мысль без морали — недомыслие; мораль без мысли — фанатизм.
Человек, не знакомый с искусством верховой езды, не возьмётся давать советы, как объезжать лошадей. Но в морали мы бываем менее скромны. Здесь мы всегда считаем себя знающими и способными подавать советы всем людям.
Каждый человек имеет свою моральную «оборотную сторону», которую он не показывает без нужды и, пока возможно, прикрывает её штанами благопристойности.
В науке надо повторять уроки, чтобы хорошо помнить их; в морали надо хорошо помнить ошибки, чтобы не повторять их.
Мораль оберегает нас от заблуждений инстинкта, а любовь — от заблуждений морали.
Кто праведно живёт, тот нечестивцу враг.
Мораль — хорошее снотворное для разума.
Наша моральная проблема — это безразличие человека к самому себе.
Мораль есть глубоко личная и дорого обходящаяся владельцу роскошь.
Мораль для большинства — это система обеспечения собственной правоты.
Моралисты стараются вколотить принципы морали внутрь людей, а сами всегда носят их снаружи, как галстуки и перчатки.
Наука стремится все пороки объяснить болезнями, а моралисты все болезни производят от пороков. Скоро, к удовольствию судей и врачей, преступников будут лечить, а больных наказывать.
Жестокость в сочетании с чистой совестью — источник наслаждения для моралистов. Вот почему они придумали ад.
Ревнителей нравственной чистоты одолевают грязные фантазии.
Остерегайтесь морально негодующих людей: им присуще жало трусливой, скрытой даже от них самих злобы.
Когда морализируют добрые, они вызывают отвращение; когда морализируют злые, они вызывают страх.
Моралисты в большинстве суть забитые, страдающие, бессильные, мстительные люди — их тенденция сведена к толике счастья: больные, которые воображают, что суть в выздоровлении.
Под старость многие становятся моралистами, как многие спортсмены — тренерами.
Моралист готов содрать с человека кожу, чтобы только не видеть его нагим.
Физиологические потребности трудно подчинить строго определённым правилам, и моралисты всегда наталкивались на большие затруднения в вопросе о некоторых видах внутренней секреции.
То, что у моралистов зовётся «безднами человеческого сознания», — на самом деле только обманчивые мысли, непроизвольные стремления личной выгоды.
Я попытаюсь оживить мораль остроумием и умерить остроумие моралью.
Может быть, совесть источник морали. Но мораль никогда еще не была источником того, что по совести считают добром.
Сильный попирает мораль. Слабого мораль ласкает. Тот, кого мораль преследует, всегда стоит между сильным и слабым.
Продолжить чтение «»
Наши заблуждения и разногласия в области морали происходят потому, что мы смотрим на людей, как если бы они могли быть совершенно дурными или совершенно хорошими.
Иные авторы обходятся с моралью, как с новой постройкой, в которой ищут прежде всего удобств.
Мораль — грамматика религии. Легче поступать справедливо, чем прекрасно.
Всякая мораль пророчествует, ибо «фиксирует» степень нравственности, которая должна быть достигнута.
Мораль — выдумка слабых, жалобный стон неудачников…
Моральные качества замечательного человека имеют большее значение для его поколения и для исторического процесса, чем чисто интеллектуальные достижения. Эти последние сами зависят от величия духа, величия, которое обычно остаётся неизвестным.
Продолжить чтение «»
Во всякой морали дело идёт о том, чтобы открывать либо искать высшие состояния жизни, где разъятые доселе способности могли бы соединиться.
Мораль столь же «безнравственна», как любая иная вещь на земле. Сама моральность есть форма безнравственности.
Продолжить чтение «»