Патрици Франческо

Франческо Патрици да Керсо (не путать с его тёзкой, Франческо Патрици из Сиены) родился в 1529 году на острове Црес у побережья Далмации, который тогда принадлежал Венецианской республике. Своё образование он начал в родном городе, затем учился в Венеции и Ингольштадте, а в 1547 году поступил в Падуанский университет, где первоначально изучал медицину, но быстро переключился на гуманитарные науки и философию, в совершенстве овладев греческим языком. Именно в Падуе, одном из главных центров аристотелизма, он познакомился с трудами Марсилио Фичино, что определило его обращение к платонизму и неоплатонизму. После нескольких лет странствий, службы секретарём у венецианской знати и путешествий по Франции, Испании и Кипру, он в 1578 году получил специально учреждённую для него кафедру платоновской философии в Феррарском университете.

В 1592 году Патрици был приглашён в Рим папой Климентом VIII и стал профессором платоновской философии в римском университете Сапиенца, что стало важным признанием платонизма в эпоху Контрреформации, несмотря на то, что его главный труд подвергся осуждению со стороны Конгрегации Индекса. Он занимал этот пост до самой смерти, защищая свои идеи от богословской критики, и ушёл из жизни в феврале 1597 года.

Патрици был не просто философом, но и универсальным гуманистом, чьи интересы простирались от поэтики и риторики до истории и военного дела; он писал диалоги на тему любви, исследовал поэтику в полемике с Торквато Тассо, которому его критика «Освобождённого Иерусалима» нанесла болезненный удар, и создавал трактаты по гидравлике и военной тактике. Его центральным философским трудом стала «Новая философия универсума» (Nova de universis philosophia), опубликованная в 1591 году, в которой он предпринял попытку полностью заменить аристотелевскую систему, основанную на движении, новой системой, основанной на свете как первоначале, и развил учение о мире как о становящейся бесконечности, пронизанной божественным светом. Ключевым элементом его антиаристотелизма стало убеждение, что система Стагирита несовместима с христианством, и он противопоставил ей «древнюю теологию» (prisca theologia), возводящую истинное учение через Гермеса Трисмегиста, Зороастра и Платона к самому Моисею. В своих «Перипатетических обсуждениях» (Discussiones peripateticae) он с большой филологической и философской тщательностью доказывал несостоятельность учения Аристотеля о форме, материи и лишённости, утверждая, что формы должны считаться акциденциями, и предвосхитил современную критику «Метафизики» как неединого текста. Его идеи о пространстве, которое он описывал как «телесное бестелесное», и о бесконечной пустоте за пределами мира, хотя и опирались на древние источники, подготовили почву для новой науки, и его влияние, возможно, ощутил Галилей.