Эта афористичная формула уже два тысячелетия разделяет сферы человеческого дарования на те, которым можно научиться, и те, что даются лишь свыше. Мы произносим эти слова, когда хотим подчеркнуть разницу между мастерством, достигнутым трудом, и божественным даром, который либо есть, либо его нет. И как это часто бывает, точнейшую формулировку вечного спора о природе таланта дал величайший оратор древности.
Автор этих слов — Марк Туллий Цицерон, римский политик, философ и непревзойденный мастер красноречия. Он произнес их в 61 году до нашей эры в своей знаменитой «Речи в защиту Архия». Поводом для речи был судебный процесс: некий Граций оспаривал права на римское гражданство греческого поэта Авла Лициния Архия. Цицерон, который сам был обязан Архию вдохновением и образованием, взялся защищать поэта.
В своей речи Цицерон выстраивает изящный риторический аргумент. Он не просто доказывает юридическую правоту Архия, но и воздает хвалу поэзии как таковой. И вот здесь, в пылу защиты, он роняет фразу, которой суждено было пережить века: «Ораторами становятся, поэтами рождаются». Что стоит за этим противопоставлением?
Цицерон, будучи человеком, достигшим вершин ораторского искусства исключительно благодаря труду, учебе и практике (он сам признавался, что от природы не имел особых данных для публичных выступлений), прекрасно понимал: красноречию можно научить. Существуют риторические приемы, законы построения речи, техники воздействия на аудиторию — всему этому можно обучить любого достаточно усердного человека. Оратор — это мастерство, ремесло, доведенное до совершенства.
Поэзия же, по мысли Цицерона, — иного происхождения. Это дар богов, вдохновение, которое нельзя вызвать усилием воли или выучить по учебнику. Можно знать все правила стихосложения, но так и не написать ни одной настоящей строки. Поэтом нужно родиться — иметь особый склад души, особое зрение, особый слух. Архий для Цицерона — именно такой прирожденный поэт, и потому он заслуживает не только гражданства, но и всеобщего уважения.
Сегодня мы употребляем это выражение, расширяя его смысл далеко за пределы античной риторики и поэзии. Мы говорим: «художниками рождаются, но рисованию можно научиться», «музыкантами рождаются, но техникой овладевают». В этой формуле закреплено важное различение: есть область навыка, доступная каждому трудолюбивому человеку, и есть область гения, которая остается тайной, не подвластной никаким школам. Цицерон, сам великий мастер, с удивительным смирением признал превосходство чистого дара над выучкой — и этим признанием поделился с нами на века.