Эта краткая, почти афористичная формула стала манифестом целой эпохи в русском искусстве и общественной мысли. Сегодня мы произносим эти слова чаще всего с иронией или, напротив, с пафосом, вкладывая в них самый разный смысл — от утверждения простых радостей бытия до отрицания высокого искусства. Но за этим выражением стоит стройная философская теория и имя одного из самых противоречивых, но влиятельных русских мыслителей XIX века.
Впервые формула «прекрасное есть жизнь» прозвучала в диссертации Николая Гавриловича Чернышевского «Эстетические отношения искусства к действительности», защищенной в 1855 году. Эта работа стала настоящей бомбой, заложенной под основы классической эстетики. До Чернышевского в европейской и русской традиции господствовало представление о том, что прекрасное — это нечто идеальное, возвышенное, существующее в сфере чистого духа или искусства. Красота природы или человеческой жизни считалась лишь бледной тенью истинной красоты, которую способен создать лишь художник-гений.
Чернышевский решительно порывает с этой традицией. Он переворачивает пирамиду: не искусство — вершина, а сама жизнь. По его убеждению, прекрасное — это то, в чем человек видит жизнь такой, какой она должна быть по его представлениям. «Из определения «прекрасное есть жизнь», — пишет он, — будет следовать, что истинная, величайшая красота есть именно красота, встречаемая человеком в мире действительности, а не красота, создаваемая искусством». Искусство же, по Чернышевскому, выполняет важную, но все же вторичную роль — оно воспроизводит жизнь, объясняет ее и выносит ей приговор. Художник — не демиург, создающий новые миры, а скорее усердный ученик и комментатор действительности.
Для своего времени это был революционный, демократичный и чрезвычайно оптимистичный взгляд. Он утверждал ценность обычной человеческой жизни, крестьянского труда, природы, доступной каждому. Эта теория стала эстетическим обоснованием для целого поколения «шестидесятников», художников-реалистов и писателей-демократов, которые обратились к изображению повседневности, быта и социальных проблем.
Сегодня, употребляя выражение «прекрасное есть жизнь», мы редко вкладываем в него столь глубокий философский смысл. Чаще это либо напоминание о ценности простых моментов (в духе «остановись, мгновенье»), либо ироничная констатация того, что идеал недостижим и приходится довольствоваться тем, что есть. Но за этой фразой стоит целая эпоха, когда русская мысль спорила о том, где искать правду и красоту — в небесах или на грешной земле, и ответ Чернышевского оказался простым и неотразимым: здесь, среди нас, в самой жизни.