Это горькое определение мы даем человеку, способному на яркий, благородный поступок, но неспособному на последовательную, долгую борьбу. В этих словах — смесь восхищения и разочарования: да, он поднялся на высоту, да, он проявил себя, но — увы — лишь на час. И за этим выражением стоит одно из самых пронзительных и личных стихотворений Николая Некрасова.
Впервые словосочетание «рыцарь на час» появилось в 1863 году как название стихотворения Некрасова, ставшего одним из ключевых в его творчестве. Поэт создал образ, который оказался удивительно точным для целого поколения русских интеллигентов — людей с горячим сердцем, но слабой волей, способных на благородный порыв, но не готовых к систематическому труду и борьбе.
Некрасов строит свое стихотворение как исповедь. Лирический герой, вырвавшись из душного города, ночью едет на родину, в деревню. Его охватывают высокие чувства, он вспоминает детство, мать, природу. В нем просыпается совесть, желание служить народу, готовность на подвиг. Он клянется себе, что изменит жизнь, что посвятит себя борьбе за правду. Но наступает утро, и с первыми лучами солнца герой осознает, что ночные порывы останутся только порывами. «Рыцарь на час» — это человек, который способен на благородные мысли и чувства, но только ночью, только наедине с собой. Днем он снова погружается в обыденность, в суету, в слабости.
Само название возникло не на пустом месте. Некрасов отталкивался от хорошо известного в его время выражения «калиф на час» (из арабской сказки «Сон наяву» в «Тысяче и одной ночи», где калиф Гарун аль-Рашид на время становился простым подданным). Но если калиф наслаждался своим временным положением, то рыцарь Некрасова — фигура трагическая. Он знает, что его силы ограничены, что он не выдержит долгой борьбы, и это знание мучительно.
Стихотворение произвело огромное впечатление на современников. В нем многие узнали себя — русских интеллигентов, готовых страдать и сострадать, но неспособных перейти от слов к делу. Добролюбов, Чернышевский, другие революционные демократы видели в этом образе и слабость, и надежду: слабость — в неумении действовать, надежду — в искренности порыва.
Сегодня мы называем «рыцарем на час» человека, который может загореться идеей, проявить героизм в критической ситуации, но быстро остывает, не доводит дело до конца. Это диагноз не столько личный, сколько социальный: есть эпохи, когда благородные порывы гаснут в атмосфере всеобщей апатии. И каждый раз, произнося эти слова, мы вспоминаем некрасовского героя, который так и не смог перейти от ночных клятв к дневному подвигу.