Эта реакционная и невежественная фраза принадлежит Павлу Афанасьевичу Фамусову, центральному персонажу комедии А. С. Грибоедова «Горе от ума» (1824). Он произносит её в третьем действии (явление 21), срываясь в гневный монолог после слов Чацкого о суде «молчалиных». Для Фамусова просвещение — страшная угроза, разрушающая «правильный» патриархальный уклад.
Фраза является квинтэссенцией обскурантизма — сознательного, воинствующего неприятия знаний и прогресса. Фамусов видит в образовании не источник развития, а болезнь («чуму»), ведущую к вольнодумству, непочтению к старшим и подрыву основ. «Ученость» для него — корень всех зол, причина, по которой умные люди становятся опасными.
В современной речи эта цитата Грибоедова используется почти исключительно как яркий, уничижительный ярлык для обозначения мракобесия и тупой вражды к знанию.
1. Саркастическая или гневная характеристика воинствующего невежества, отрицания ценности науки и образования. Это прямое значение. Фразу применяют к высказываниям, действиям или политике, направленным против интеллектуалов, учёных или системы просвещения. «Депутат предложил закрыть «ненужные» факультеты философии и социологии. Прямо по Фамусову: «Ученье — вот чума»». Здесь выражение служит для разоблачения и высмеивания антиинтеллектуальной позиции.
2. Ироничное обвинение в адрес того, кто видит причину проблем не в реальных факторах, а в «излишней» образованности. Так могут сказать о человеке, который, сталкиваясь со сложной мыслью или новшеством, отмахивается от них, объявляя их вредным умничаньем. «Он говорит, что экономический кризис начался из-за того, что все в вузах учились, а не делом занимались. Настоящий фамусовский тезис». В этом контексте фраза вскрывает примитивность мышления, ищущего простые ответы на сложные вопросы.
3. Горький комментарий о периодических всплесках антинаучных настроений в обществе. В публицистике цитату используют для описания исторических или современных волн, когда знание и экспертиза подвергаются нападкам со стороны властей или консервативной части общества. «Времена, когда объявляют «охоту на ведьм» среди учёных и учителей, всегда возвращают нас к грибоедовскому: «Ученье — вот чума»». Здесь выражение становится символом регресса и социальной болезни.
Таким образом, восклицание Фамусова, бывшее в пьесе признаком его ограниченности, стало вневременным символом борьбы невежества с просвещением. Оно напоминает, что вражда к знанию часто маскируется под заботу о традициях и нравственности, но по сути является защитой косности, глупости и собственного комфорта от требований мысли и прогресса.